Понравились рассказы?
 
Худеющий. Страница 8 Версия для печати Отправить на e-mail
Написал Super Administrator   
Между ними ярко  вспыхнули  язычески  пестрые  цвета,  куда более яркие, чем рекламные  щиты  Детройта  или  "Тойота  Виллидж".  Билли попытался закричать:

"Перестань, Хейди! Вот же она! Я ее снова убью,  если ты не прекратишь! Умоляю. О, Боже, нет! Нет! Умоляю тебя, Господи!"

Но фигура уже появилась между двух машин. Халлек попытался  отпустить педаль акселератора  и  нажать  на  тормоз,  но  нога  словно  прилипла  к проклятому акселератору и продолжала давить на него со  всей  силой.  Руль заклинило, он весь сжался перед ударом, и тогда голова цыганки повернулась к нему, но перед ним была вовсе не старуха! Это был цыган с гниющим носом, у которого не было глаз. В тот момент, когда его "Олдсмобиль"  врезался  в него, сбив с ног, Халлек успел увидеть пустые глазницы, обращенные прямо к нему. Губы старого цыгана образовали полумесяц  зловещей  улыбки  под  его кошмарным косом.

Взметнулась сморщенная рука  над  капотом  "Олдса",  кованые  кольца, браслеты язычников. Три капли крови на ветровом стекле.  Смутное  ощущение острой  боли,  когда  пальцы  Хейди  впились  в  него  в  момент  оргазма, ускоренного шоком.

И услышал шепот, перекрывший отчетливо все другие звуки.  Он  донесся снизу, сквозь ковровое покрытие  дорогого  автомобиля:  "Худеющий".  Билли проснулся, вздрогнув. Повернулся на бок  и  бросил  взгляд  в  окно.  Крик перехватило спазмом. Серп луны улыбкой завис над Адирондаками. На один миг ему увиделся старый цыган: голова слегка склонена набок, глаза - две яркие звездочки,  заглядывавшие  в  их  комнату  во  тьме  ночи.   Их   свет   - мертвенно-холодный, как у светлячков или огоньков на болоте,  которые  ему довелось видеть в Северной Каролине. И холодная улыбка полумесяца, таившая замысел мести.

Билли судорожно перевел дух, зажмурил глаза и снова раскрыл их.  Луна снова стала луной. Спустя три минутны он уснул.

Новый  день  выдался  ясным,  и  Халлек  сдался  на  уговоры  супруги вскарабкаться к тропам Лабиринта. Земли  Моханка  были  испещрены  сложной сетью туристских троп: от самых обыкновенных до  очень  трудных.  Лабиринт считался "умеренным", и во  время  медового  месяца  они  с  Хейди  дважды совершили восхождение. Он помнил, какое удовольствие  доставляли  ему  эти прогулки, - карабкался по кручам, а следом  за  ним  -  Хейди,  смеющаяся, требующая,  чтобы  он  поторапливался,   увалень   этакий.   Помнил,   как протискивались через узкую расщелину. Он зловещим голосом  бормотал  своей молодой жене: "Ты чувствуешь, как трясется под ногами почва?" - это  когда они  протискивались  в  самую  узкую  часть.  Было  очень  тесно,  но  она ухитрилась шлепнуть его по заднице.

Халлек признался самому себе  (но  никогда,  никогда  -  Хейди),  что теперь больше всего боялся этих узких щелей. Во времена медового месяца он был стройным парнем, крепким, благодаря работе на  лесоповале  в  западном Массачусетсе. Теперь он стал на шестнадцать лет старше и на  много  фунтов тяжелее. Весельчак доктор Хаустон обрадовал его сообщением, во он  вступил в возраст пороков сердца.  Мысль  об  инфаркте  на  полпути  в  горы  была тревожащей, хотя не слишком. Гораздо актуальное опасность застрять в одной из тех узких каменных  глоток,  через  которые  вились  тропы  к  вершине. По-крайней  мере  через   четыре   таких   пассажа   придется   с   трудом протискиваться.

Ужасно не хотелось застрять в одном из таких мест.

Или еще такой вариант: бедняга Билли Халлек застревает в расщелине  и тут же получает инфаркт. Два удовольствия сразу!

В конце концов он согласился попробовать, при условии, что  она  одна доберется до вершины, если он вдруг окажется не в форме, чтобы  продолжать восхождение. И еще одно условие: сначала они зайдут на "Нью-Плац" и  купят там ему мокасины "сникерс". Хейди приняла оба условия с готовностью.

В городе Халлек обнаружил, что "сникерс" успели уступить  место  иной продукции, и никто больше даже не помнит, что это  такое.  Он  купил  пару зелено-серебристых спортивных туфель с цепкими подошвами для восхождений в горы и с большим удовольствием примерил удобную обновку. Тут же припомнил, что не носил матерчатых туфель пять... нет, шесть лет. И вот  нынче  снова надел такие.

Хейди восторгалась ими и говорила, что он точно  выглядел  потерявшим лишний вес. У выхода из обувного магазина стояли весы-автомат  с  рекламой ТВОЙ ВЕС - ТВОЯ СУДЬБА. Халлек видел такую рекламу в последний раз,  когда был еще мальчишкой.

- А ну, прыгай, герой! - сказала Хейди. - Вот монетка.

Халлек  почему-то  не  сразу  встал  на   весы,   испытывая   смутное беспокойство.

- Давай скорей! Хочу посмотреть, сколько ты сбросил.

- Хейди, ты же знаешь, что эти уличные весы врут.

- Ну и пускай! Давай, Билли, смелей!

Он нехотя передал ей сумку и встал  на  весы.  Она  бросила  монетку.
 
< Пред.   След. >

Copyright @ Stephen King, 1975-2004. Copyright @ Издательство АСТ, издательство КЭДМЭН, переводчики В.Вебер, elPoison и другие. Все права принадлежат правообладателям.