Понравились рассказы?
 
Необходимые вещи. Страница 16 Версия для печати Отправить на e-mail
Написал Super Administrator   
      -- ...а это тонкое политическое дело, -- продолжил Алан. -- Я понимаю, и ты тоже. Штрафной талон, выданный тебе на вполне законном основании я разорвал тоже из политических соображений.

      Китон криво усмехнулся.

      -- Ты достаточно долго живешь и работаешь в городе, Алан, чтобы быть в курсе всех дел. Рука руку моет.

      Алан поерзал в кресле. Оно тут же отозвалось знакомым поскрипыванием -- звуки, которые Алан частенько слышал в своих снах после особенно трудных дней. Таким днем собирался оказаться и нынешний.

      -- Да, -- согласился он. -- Рука руку моет. Но не вечно.

      Китон снова нахмурился.

      -- Это еще что значит?

      -- Это значит, что даже в таких небольших городах, как наш, политика не всесильна. Ты не должен забывать, что у меня должность выборная, я могу осуществлять контроль и дергать за веревочки, но меня могут и переизбрать. Выбирают для того, чтобы я защищал своих избирателей, строго соблюдая букву закона. И если я взялся за гуж, должен быть дюж, как говорится.

      -- Ты что, угрожаешь мне? Если мол тебя...

      В этот момент послышался фабричный гудок. В кабинете за закрытыми окнами он был приглушен, но Китон подпрыгнул так, как будто его оса ужалила. Глаза расширились, а пальцы с такой силой вцепились в ручки кресла, что побелели костяшки.

      И вновь Алан удивился. Этот тип нервничает, подумал он, как кобыла в жару. Что с ним такое творится?

      И тут он впервые заподозрил, что Дэнфорт Китон, служивший в должности городского головы Касл Рок с тех времен, когда Алан еще слыхом не слыхивал об этом городе, замешан в каких-нибудь не слишком чистых делишках.

      -- Я тебе вовсе не угрожаю, -- сказал он вслух. Китон уже начал успокаиваться, но взгляд оставался настороженным, как будто он ждал, что фабричный гудок снова напомнит ему о неприятностях.

      -- Вот и правильно. Потому что дело не только в том, чтобы дергать за веревочки, шериф Пэнгборн. Совет членов городского управления вместе с тремя представителями от округа по-прежнему имеет решающий голос при назначении на должность -- впрочем как и в увольнении с нее -- помощников шерифа. И это помимо многих других исключительных прав, о которых, я не сомневаюсь, тебе известно.

      -- Это всего лишь право вето на пользование печатью.

      -- Ничего себе "всего лишь"! -- Китон достал из кармана сигару Рой-Тан и провел по ней пальцами, издав целлофановый хруст. -- А если мы этим правом воспользуемся?

      Кто кому теперь угрожает, подумал Алан, но вслух не произнес. Он только откинулся на спинку кресла и посмотрел на Китона в упор.

      Тот встретился с его взглядом, но почти сразу опустил глаза на свою сигару и продолжал вытаскивать ее из целлофановой упаковки.

      -- В следующий раз, когда ты припаркуешься в неположенном месте, я пришлепну тебе талон сам, лично, и тогда, обещаю, штраф заплатить придется, -- сказал Алан. -- А если ты еще хоть раз потянешь на кого-нибудь из моих помощников, я привлеку тебя к уголовной ответственности. И это случится вне зависимости от того, какими бы идиотскими правами не были облечены члены городского управления. Ведь у меня тоже есть права, ты понимаешь?

      Китон продолжал разглядывать свою сигару. Когда он снова поднял глаза на Алана, они превратились в крохотные льдинки.

      -- Если ты взял себе целью проверить мою задницу на прочность, шериф Пэнгборн, валяй, проверяй. -- На лице Китона была, очевидно, написана ярость, но кроме нее. Алан не сомневался, из глубины глаз проглядывало еще кое-что. И ему показалось, что это страх. Он видел его? Чувствовал? Трудно сказать, да это и неважно. Гораздо важнее то, чего именно боялся Китон. Вот именно это было важно чрезвычайно. -- Ты меня понял? -- повторил он.

      -- Да, -- сказал Китон.

      Неожиданно резким движением он сорвал наконец целлофан и швырнул его на пол. Сунув сигару в рот, промычал:

      -- А ты меня понял?

      И снова заскрипело кресло, когда Алан подался вперед. Он смотрел на Китона не мигая.

      -- Я понял то, что ты сказал, Дэнфорд, но убей меня Бог, если я понимаю что ты делаешь и зачем. Мы никогда не были с тобой лучшими друзьями...

      -- Это уж наверняка, -- перебил Китон и откусил кончик сигары. Алану показалось, что он сплюнет на пол и уже заранее приготовился сделать вид, что не заметил -- политика есть политика, но Китон сплюнул себе в ладонь, а потом аккуратно сбросил в чистую пепельницу на столе. Огрызок остался там лежать как маленький кусочек собачьего дерьма.

      -- ...но мы с тобой тем не менее всегда превосходно сотрудничали. А теперь -- на тебе. Что-нибудь случилось? Если так, я готов помочь...

      -- Ничего не случилось, -- тут же выпалил Китон, вздрогнув. Он снова разозлился, даже более чем разозлился. Алану казалось, что у него вот-вот пар из ушей повалит. -- Просто я уже не в силах выносить бесконечного... преследования.

      Во второй раз он употребил это слово. Алану оно казалось совершенно неуместным. Впрочем и весь разговор в целом был несуразен.

      -- Ну, короче, ты знаешь где меня найти, если что.

      -- О, Господи, да, -- Китон направился к выходу.

      -- И прошу тебя, Дэнфорт, помни о правилах парковки.

      -- К чертям собачьим все правила! -- Китон захлопнул за собой дверь.

      Алан еще долго смотрел на закрытую дверь и на лице его застыло выражение беспокойства. Наконец он встал, поднял с пола целлофановый пакетик и, бросив его в корзину для мусора, пошел звать следующего посетителя -- Пароход Вилли.

 

 

      6

 

      -- Мистер Китон кажется очень расстроился, -- сказал Роуз. Он удобно расположился в кресле, которое только что освободил городской голова, брезгливо взглянул на окурок сигары в пепельнице и возложил свою белую Библию на сдвинутые колени.

      -- Вероятно, озабочен предстоящими собраниями и заседаниями, -- небрежно откликнулся Алан. -- Это наверняка очень утомительно.

      -- Да, -- согласился Преподобный Роуз. -- Господь учил: -- Кесарю -- кесарево. Богу -- богово.

      -- Угу, -- неопределенно промычал Алан. Ему вдруг непреодолимо захотелось закурить что-нибудь покрепче и позанозистей, типа Пэл-Мэл или Лаки. -- Чем могу служить Ро... Преподобный Роуз?

      Он испугался, что чуть было не назвал посетителя Преподобным Вилли.

      Роуз снял круглые очки без оправы, тщательно протер их и водрузил на место, спрятав два красных следа на переносице. Его черные волосы, прилизанные с помощью снадобья, запах которого Алан отчетливо чувствовал, но не мог определить, блестели в свете лампы дневного света, укрепленной на потолке.

      -- Речь пойдет о гнезде разврата, которое Отец Джон Брайам именует Казино Найт, -- соизволил наконец доложить Преподобный Роуз. -- Если припомните, шериф Пэнгборн, я уже обращался к вам с требованием не давать санкции на организацию такого мероприятия в свете его в высшей степени аморальности.

      -- Если вы припомните, Преподобный Роуз...

      Роуз театральным жестом поднял одну руку, а другую засунул в карман. Оттуда он извлек небольшую книженцию, размером с дешевое издание в мягкой обложке. С глубоким вздохом, но без всякого при этом удивления Алан увидел, что это сокращенный вариант Свода Законов Штата Мэн.

      -- И вот теперь я снова обращаюсь к вам, -- продолжил Роуз уже на слегка повышенных тонах. -- И снова требую, чтобы вы запретили упомянутое мероприятие не только в силу его аморальности, но также во имя Закона!

      -- Преподобный Роуз...

      -- Раздел 24, подраздел 9, параграф 2 Свода Законов Штата Мэн, -- перебил Роуз. Щеки и скулы его к этому времени уже покрылись красными пятнами, и Алан внезапно подумал, что за последние несколько минут он умудрился сменить у себя в кабинете одного психа на другого. -- Где сказано э-э-э, -- Преподобный Роуз уже читал, доведя голос до того полуистерического визга, -который вызывал восхищение у его прихода. -- Азартные игры, вышеупомянутые в разделе 23 данного э-э-э. Свода, в ходе которых денежные ставки считаются одним из условий, должны быть оценены как противозаконные. -- Он захлопнул книжицу и поднял глаза на Алана. Взгляд его метал громы и молнии. -- Должны быть оценены как э-э-э противозаконные! -- завопил он истошно.

      Алан чуть было не воздел руки к небу и не взмолился в фанатическом порыве: "Слава Господу нашему Иисусу!" -- Когда желание прошло, он сказал:

      -- Я знаком с теми разделами Свода, которые связаны с азартными играми. Преподобный Роуз. Я тщательно изучил их сразу же после вашего первого визита и более того, показал Альберту Мартину, который занимается законопроектами штата. Его мнение таково: учреждение Казино Найт не противоречит содержанию указанных разделов. -- Он помолчал и добавил: -- Должен вам признаться, что таково и мое личное мнение.

      --Безобразие! -- прорычал Роуз. -- Они намерены превратить обитель Господа в притон, а вы утверждаете, что это законно!

      -- Точно так же законно, как лото, в которое играли в Монастыре Дочерей Святой Изабеллы с 1931 года.

      -- Это не лото... э-э-э, тут речь идет о рулетке, азартная игра на деньги. Это... -- голос Преподобного Роуза задрожал. -- Это -- грех!

      Алан снова вовремя перехватил свои руки, которые собирались изобразить очередную птицу, и на этот раз крепко сцепил пальцы в замок.

      -- Я просил Альберта сделать письменный запрос Джиму Тирни, Генеральному Прокурору Штата. Ответ был тот же. Мне очень жаль, Преподобный Роуз. Я понимаю, что это вас оскорбляет. Меня, например, возмущает, когда детишки катаются по улицам на роликовых досках, подвергая опасности себя и окружающих, я бы с удовольствием наложил запрет на такое развлечение, -- но не в праве. Имея в виду демократическую основу нашего существования, частенько приходится мириться с тем, что нам не по душе.

      -- Но ведь тут речь идет об азартных играх! -- Не унимался Роуз, и в голосе его слышался неподдельный ужас. -- Игры на деньги! Как это может быть законным, если в Своде ясно сказано...

      -- Дело в том, что они организуют это не как игру на деньги. Каждый участник платит за вход. И взамен получает равноценную сумму для участия в игре. А в конце разыгрываются призы... заметьте: не деньги, а призы. Кондиционер, микроволновая печь, фарфоровый сервиз, и тому подобное. -- Неожиданно для себя он добавил: -- Думаю, со входной платы будут даже браться налоги.

      -- Грех, разврат, -- как заведенный повторял Роуз. Краска сползла с его лица. ноздри трепетали.

      -- Это вопрос морали, а не закона. -- сказал Алан. -- И так принято по всей стране.

      -- Да, -- торжественно произнес Роуз, поднимаясь и защищая грудь томом Библии, как щитом. -- Да, так принято у католиков. Католики жить не могут без азартных игр. И я намерен положить этому конец, шеф э-э-э Пэнгборн. С вашей помощью или без нее.

      Алан тоже поднялся.

      -- Еще пару замечаний, Преподобный Роуз. Во-первых, шериф Пэнгборн, а не шеф. И, во-вторых, я не могу вам указывать, какие именно проповеди читать с кафедры, не могу и Отцу Брайаму советовать, чем именно заниматься во вверенном ему храме, или запрещать то, что происходит в Монастыре Дочерей Святой Изабеллы, во всяком случае до тех пор, пока все, что там происходит, не ломает рамок закона -- вот так. Но зато я могу предупредить вас -- будьте осмотрительны. Я имею право вас предупредить и предупреждаю -- будьте осмотрительны!

      Роуз подозрительно сощурился.

      -- Что вы имеете в виду?

      -- Я имею в виду то, что вы расстроены. Листовки, которые ваши люди расклеивают по всему городу опасений не вызывают, письма в газету -- тоже, но старайтесь не переходить черту разумного. Мой вам совет -- оставьте это дело в покое.

      -- Когда Иисус увидел блудниц и менял в Храме, он не стал сверяться со Сводом Законов, шериф Пэнгборн. Когда наш Господь увидел этих грешников в доме Божьем, он не задумался переступать черту или нет. Наш Господь сделал то, что считал единственно э-э-э верным.

      -- Да, -- спокойно согласился Алан. -- Но вы -- не Он.

      Роуз снова метнул в него взгляд, да такой испепеляющий, что Алан поежился. Ого, подумал он, этот парень кажется совсем спятил.

      -- Всего доброго, шеф Пэнгборн, -- холодно произнес Преподобный Роуз.

      На этот раз Алан даже не стал его поправлять. Он лишь кивнул и протянул руку, понимая, что она останется не пожатой. Роуз повернулся и направился к выходу, по-прежнему прижимая Библию к груди.

      -- Пусть все будет как есть, правда, Преподобный Роуз? -- крикнул ему вслед Алан.

      Не оглянувшись и не удостоив Алана ответным словом, Роуз вышел и с такой силой хлопнул дверью, что стекла в окне задрожали. Алан снова опустился в кресло и сжал ладонями виски.

      Несколько минут спустя в дверь просунулась любопытная мордочка Шейлы Брайам.

      -- Алан?

      -- Он ушел? -- спросил шериф, не поднимая головы.

      -- Проповедник? Да. Вылетел со свистом как мартовский ветер.

      -- Элвис вышел из дома, -- невнятно пробормотал Алан.

      -- Что?

      -- Ничего. -- Он наконец поднял голову. -- Мне срочно нужно принять чтонибудь от головной боли. Лучше всего наркотик и покрепче. Загляни-ка в наш шкафчик с вещественными доказательствами.

      Шейла улыбнулась.

 
< Пред.   След. >

Copyright @ Stephen King, 1975-2004. Copyright @ Издательство АСТ, издательство КЭДМЭН, переводчики В.Вебер, elPoison и другие. Все права принадлежат правообладателям.