Понравились рассказы?
 
Бессонница. Страница 29 Версия для печати Отправить на e-mail
Написал Super Administrator   

Поднимающаяся вверх "веревочка" шириной с  ленту  на  свадебном подарке имела тот же оттенок. Аура Гретхен Тиллбери  была темно-оранжевого цвета, по краям переходящего в желтый.

- Ты собираешься вернуться в свой дом?

Элен  и  Гретхен   переглянулись,   но   Ральф   вряд   ли  заметил  их замешательство. Ему  не нужно  было наблюдать  за  лицами  и  жестами  обеих женщин, чтобы  понимать их чувства, и сознание этого стало откровением; все, что ему было нужно,  -  это  смотреть на  их ауры. Лимонные оттенки по краям ауры Гретхен  потемнели, превращая  ее  в однородно-оранжевую. Аура же Элен, сжавшись,  стала  настолько яркой,  что глазам  было больно  смотреть.  Элен боялась возвращаться. Гретхен же знала об этом и сердилась на нее.

"Я на свою собственную беспомощность, - подумал Ральф. - Это еще больше выводит ее из себя".

- Я собираюсь еще немного пожить в Хай-Ридж, - как-то неохотно ответила Элен.  - Может быть, до зимы. Думаю, скоро  мы с Натали переберемся в город, но дом будет  выставлен на продажу. Если  кто-то его действительно купит - а при настоящем  положении дел на рынке недвижимости это весьма проблематично, -  деньги будут переведены на общий счет. Его поделят поровну между  мной  и Эдом на основании закона о разводе.

Ее нижняя губа задрожала.  Аура стала еще плотнее; теперь она прилегала к телу Элен, словно вторая кожа, по ней пробегали красные вспышки.

Ральф,  потянувшись   через  стол,  сжал  руку  молодой  женщины.  Элен благодарно улыбнулась в ответ.

-  Ты сообщила  мне  две  важные  вещи, - сказал  он. -  Во-первых,  ты возбудила бракоразводный процесс. И во-вторых, ты по-прежнему боишься его. - Последние два года своего замужества она постоянно подвергалась унижениям  и избиениям,  - вмешалась  Гретхен. - Неудивительно,  что  она все  еще боится своего мужа.  - Женщина говорила тихо, спокойно, рассудительно, но наблюдать ее ауру  было все равно что  смотреть сквозь прозрачное оконце в раскаленную печь.

А вот Натали теперь окружало собственное сверкающее облако фаты.

Оно было меньше, чем у матери, однако  почти  идентичное... Как голубые глазки  и  золотисто-каштановые  волосы.  "Веревочка" Натали поднималась  от темени чисто-белой ленточкой до самого потолка,  где и сворачивалась эфирным кольцом  вокруг люстры.  При  каждом дуновении ветерка сквозь  открытое окно этот  клубочек  начинал  трепетать.  Посмотрев  вверх,  Ральф  заметил,  что "веревочки" Элен и Гретхен тоже волнуются.

"Имей  я возможность увидеть  себя со  стороны, уверен, моя "веревочка" проделывает то  же самое,  -  подумал он. - Все  это реально; что бы там  ни считала дважды-два-четыре часть моего разума, ауры существуют на самом деле, и я вижу их".

Он ожидал каких-либо возражений, однако на этот раз никто не стал с ним спорить.

- У  меня  такое  чувство,  будто большую  часть  времени  я  провожу в стиральной машине, только в ней вместо белья мои эмоции, - произнесла Элен.

-  Моя  мама  сердится  на   меня...  Называет  трусихой...   Иногда  я действительно чувствую себя трусихой, бросающей начатое дело на полпути... И мне становится так стыдно...

- Тебе нечего стыдиться, -  успокоил ее  Ральф. Он снова взглянул вверх на колышущуюся "веревочку" Натали.  Прекрасное  зрелище, но он  не испытывал потребности  потрогать  ее;  неясный  глубинный  инстинкт  подсказывал,  что подобное действие может оказаться опасным для них обоих.

-  Я  понимаю, - согласилась Элен, - но все девочки  проходят  отличную школу внушения. "Вот  твоя  Барби, а это  твой Кен, а  вот твоя кухня. Учись хорошенько, потому что, когда все  это произойдет на самом деле, именно тебе придется  заботиться обо всем,  и  если  хоть  что-то  нарушится,  виноватой окажешься  только ты". И я была вполне согласна с  такой теорией. Только вот никто  не внушил мне, что в некоторых  семьях Кен может сойти  с ума. Звучит как самооправдание?

- Ни в коем  случае. Именно так  и произошло,  насколько я могу судить. Элен рассмеялась - отрывисто, горько, виновато.

-  Только не пытайся убедить в этом  мою мать. Она отказывается верить, что Эд способен на что-то большее, чем время от времени посемейному хлопнуть жену  по  мягкому  месту...  Дабы направить  меня на верную  стезю,  если  я случайно собьюсь с курса. Она считает, что все остальное я просто выдумываю. Она не говорит об этом прямо,  однако  мысль эта слышится в ее голосе всякий раз, когда мы разговариваем по телефону.

- Я не считаю, что ты все выдумываешь, - произнес  Ральф. - Я  же  тебе поверил,  помнишь? И  я находился  рядом, когда  ты  умоляла  не  звонить  в полицию.

Ральф  почувствовал, как кто-то сжал его колено под столом, и удивленно поднял голову.  Гретхен Тиллбери  чуть  заметно кивнула ему  и  снова  сжала колено - на этот раз более выразительно.

-  Да, - согласилась Элен. - Ты там  был. -  Она слегка улыбнулась, что было  уже хорошо, но  то,  что произошло с ее аурой,  было еще лучше красные вспышки побледнели, а сама аура снова расширилась.

"Нет, - подумал Ральф. - Не расширилась. Расслабилась".

Элен, встав, обошла вокруг стола.

- Натали вся уже извертелась, - сказала она. - Давай я ее возьму.

Ральф  посмотрел  вниз  и увидел,  что девчушка  зачарованно смотрит  в противоположный  угол  комнаты. Ее взгляд  был прикован  к  маленькой  вазе, стоящей на подоконнике. Часа два назад Ральф поставил в нее осенние цветы, и теперь легкий зеленый  туман исходил от  стеблей,  окутывая соцветия слабым, мглистым свечением.

"Я наблюдаю их  последнее  дыхание, - подумал Ральф. -  О  Боже, больше никогда не сорву ни единого цветка. Обещаю".

Элен осторожно взяла ребенка на  руки. Натали с удовольствием прильнула к матери, однако не отрывала взгляда от пылающих красками цветов, пока  мать обносила ее вокруг стола, усаживалась на стул и устраивала дочурку на изгибе руки.

Гретхен легонько постучала по циферблату своих  часов.  - Если мы хотим успеть на встречу к полудню...

- Да,  конечно,  -  извиняющимся тоном произнесла  Элен.  - Мы входим в состав комитета по организации встречи Сьюзен Дэй, - пояснила  она Ральфу, - а это  отнюдь  не Юниорская лига. В нашу задачу  входит не столько встретить Сьюзен Дэй, сколько обеспечить безопасность ее пребывания в городе.

- По-твоему, могут возникнуть проблемы?

- Скажем,  так: может возникнуть напряженность, - уточнила  Гретхен. -У нее полдюжины своих телохранителей, которые посылали нам факсы полные угроз, полученных ею из Дерри.  Подобные  угрозы стали чуть ли не закономерностью - ведь многие  годы эта женщина  является  весьма заметной  фигурой. Ее служба безопасности держит нас в  курсе происходящего,  но они хотят  быть уверены, что мы все делаем правильно, потому что именно мы пригласили ее. Кроме того, за ее безопасность отвечает и Центр помощи женщинам.

Ральф  открыл было рот, дабы  поинтересоваться, так ли уж многочисленны эти  угрозы, но предположил, что ответ  заранее известен.  Он прожил в Дерри около семи десятков лет, и уж ему-то известно, насколько город опасен - тишь да гладь,  но  острых углов с  избытком. Конечно, то  же можно  сказать  и о многих других городах,  но Дерри  всегда казался более подверженным подобным уродливым  явлениям. Элен  назвала Дерри домом,  он был  и его домом,  но... Ральф  вспомнил событие десятилетней  давности,  произошедшее  вскоре  после ежегодного  фестиваля  каналов. Трое парней,  предварительно избив  и нанеся многочисленные  ранения,  сбросили  никому  не  сделавшего  зла  "голубого", молодого человека по имени Адриан Меллон, в Кендаскег; ходили слухи, что вся троица,  стоя на  мосту  возле таверны Фальконе, наблюдала, как  тот умирал. Полиции  они сказали, что им не понравилась шляпа, которую  носил бедняга. И это тоже был Дерри, и только глупец мог игнорировать подобный факт.

Воспоминание  об  Адриане  Меллоне заставило Ральфа вновь  взглянуть на снимок  в сегодняшней газете  - Хэм Дейвенпорт  с занесенным вверх кулаком и Дэн Далтон с разбитым в кровь носом и плакатом, опущенным на голову.

- И много было угроз? - спросил он. - Неужели не меньше дюжины?

-   Больше  тридцати,  -  ответила  Гретхен.  -  Из  них  около   шести телохранители  Сьюзен Дэй  воспринимают  серьезно. Двое неизвестных угрожают взорвать Общественный центр, если она не  откажется от выступления. В другой анонимке  -  ну  просто  прелесть!  -  некто сообщает,  что  припас  водяной пистолет, наполненный кислотой. "Если я попаду в цель,  то даже твои  дружки не смогут смотреть на тебя без содрогания", - написал он.

- Да, весьма остроумно. - Ральф вздохнул.

- Все это, однако, не уводит нас от цели, - сказала Гретхен.

Порывшись  в  сумочке,  она  извлекла  маленький  баллончик  с  красным колпачком.  - Это  вам  небольшой подарок от  благодарных  друзей  из Центра помощи женщинам.

Ральф взял баллончик  с изображением женщины, направляющей струю газа в лицо мужчине в широкополой шляпе и маске. С обратной стороны шла - надпись с заглавными буквами: "ТЕЛОХРАНИТЕЛЬ".

- Что это? - спросил Ральф. - Нервно-паралитический газ?

- Нет, - ответила Гретхен. - В Мэне его применение запрещено законом.

"Телохранитель" действует намного мягче... Но если брызнуть  человеку в лицо, он перестанет думать о нападении по крайней мере на несколько минут.

Газ  парализует движения, раздражает слизистую глаз и вызывает тошноту. Ральф,  сняв колпачок, взглянул  на красный  распылитель, затем снова закрыл колпачок.

- Боже милостивый, женщина, зачем же мне таскать с собой эту штуку?

- Потому что вас официально объявили Центурионом, - пояснила Гретхен. - Кем! - удивился Ральф.

- Центурионом,  - повторила Элен. Нэт задремала у нее на коленях, и тут Ральф осознал, что ауры снова  исчезли. - Так "Друзья  жизни" называют своих главных врагов - лидеров оппозиции.

- Отлично, - сказал  Ральф. - Теперь я понял. Эд упоминал о Центурионах в тот день, когда... Напал на  тебя.  Он говорил  очень много, хотя все это, безусловно, бред сумасшедшего.

- Да, за всем стоит Эд, и он действительно сумасшедший, - кивнула Элен. -  Скорее  всего,  он упоминает  о Центурионах только в тесном кругу - среди таких же фанатиков, как он сам. Остальные же "Друзья жизни"... Не думаю, что им об этом известно. Понимаешь? Разве еще месяц назад ты догадывался, что он безумен?

Ральф покачал головой.

- Его наконец-то уволили с работы, - сообщила Элен. - Вчера.

Они терпели,  сколько  могли... Он  знаток своего дела, к тому же фирма много вложила в него, - но в конце концов их терпение лопнуло. Ему выплатили выходное  пособие в  размере трехмесячного  жалованья...  Неплохо для  типа, избивающего жену  и забрасывающего  ужасными куклами окна женской клиники. - Элен  постучала  пальцем  по  газете.  - Эта  вчерашняя  демонстрация  стала последней  каплей.  С  тех  пор  как Эд  связался  с  "Друзьями  жизни", его арестовывают в третий или четвертый раз.

- У вас кто-то внедрен к  ним? - спросил Ральф. - Именно поэтому вы так информированы?

Гретхен улыбнулась:

- Мы не единственные, кто внедряет к ним своих людей; у нас даже бытует шутка,  что на  самом деле нет никаких  "Друзей жизни", а  всего лишь  кучка двойных агентов. Думаю, таковые имеются и у полицейского управления Дерри, и у полиции штата. Именно о них известно нашему... Нашему человеку.

Черт, скорее всего, к ним внедрился и агент ФБР. Проникнуть к "Друзьям" было нужно потому, что они убеждены, будто в глубине души все на их стороне. Но мы считаем, что наш человек - единственный, кому удалось проникнуть почти в самый центр, и он утверждает, что Далтон всего лишь "хвостик" Эда Дипно. - Я понял это, когда впервые увидел их вместе по телевидению, - сказал Ральф.

Гретхен, встав, собрала кофейные чашки и принялась за мытье.

-  Уже тринадцать лет  я активно участвую  в женском движении и многого насмотрелась,  но  никогда  не  видела  ничего  подобного.  Он  внушил  этим придуркам, что женщинам  в Дерри делают аборты помимо их воли,  что половина из них даже не  знает о своей беременности, когда ночью появляется Центурион и высасывает их детей.

 
< Пред.   След. >

Copyright @ Stephen King, 1975-2004. Copyright @ Издательство АСТ, издательство КЭДМЭН, переводчики В.Вебер, elPoison и другие. Все права принадлежат правообладателям.