Реклама

Поделись с друзьями!

Проголосуй за любимого Кинга!

Понравились рассказы?
 
Свадебный джаз Версия для печати Отправить на e-mail
Написал Super Administrator   
В  1927  году мы играли в "тихом"* ресторанчике, находившемся к  Югу от
Моргана,  штат  Иллинойс, в семидесяти  милях  от  Чикаго.  Можно сказать, в
деревенской глухи: ни одного городка ближе двадцати миль, в какую сторону ни
посмотри. Но и здесь находилось достаточно фермеров, которые, после  жаркого
дня на поле предпочитали что=нибудь покрепче домашнего лимонада, и девчушек,
жаждущих  поплясать  со своими  дружками,  будь они ковбоями или  продавцами
аптечных  магазинов. Заглядывали к нам  и  женатики  (этих  мы  отличали без
труда,  словно они  ходили с  табличкой на груди), чтобы вдали от любопытных
глаз порезвиться со своими тайными милашками.

Уж  мы  играли  джаз  так  джаз, брали  мастерством, а  не  громкостью.
Работали  впятером:  барабаны, корнет, тромбон, пианино, труба, и свое  дело
знали. Происходило все это за три года до записи нашей первой пластинки и за
четыре до появления звукового кино.
     Когда в зал вошел этот верзила в белом костюме и с трубкой, размерами с
валторну, мы  играли "Бамбуковый залив".  Мы, конечно, уже приняли на грудь,
но публика  накачалась куда  сильнее и  веселилась  от души, так  что  стены
ходили ходуном. Все пребывали в прекрасном настроении: в этот вечер
     -----------------------------------------------------
     * "Тихими"  (speakeasy)  в  период действия "сухого закона"  (1920-1933
гг.) называли бары и рестораны, где подпольно торговали спиртным.
     обошлось без драк. Пот с нас тек ручьем, и спасало только ржаное виски,
которое  исправно  посылал нам Томми Ингландер,  хозяин этого заведения. Мне
нравилось  работать  у   Ингландера,  а  он  по  достоинству  оценивал  наше
творчество. Понятное дело, я его за это уважал.
     Парень  в белом костюме пристроился у стойки и я  о нем и думать забыл.
Мы отыграли "Блюз тетушки  Хагар", страшно популярную  в те времена мелодию,
особенно  в захолустье,  как  обычно, сорвали аплодисменты, и отправились на
перерыв. Сходя со сцены, Мэнни лыбился во  все тридцать два зуба. Девушка, в
зеленом вечернем платье,  которая весь вечер строила мне глазки, по=прежнему
сидела одна.  Рыженькая,  каких я и люблю. По  выражению  ее глаз  и легкому
кивку я все понял и уже направился к ней, полюбопытствовать, не хочет ли она
чего=нибудь выпить.
     Но  на  полпути  этот  мужчина  в белом  костюме  заступил мне  дорогу.
Чувствовалось, что он из крутых. Остатки волос на затылке стояли дыбом, хотя
он явно  вылил на них целый флакон бриолина,  а  глаза холодно поблескивали,
странные такие глаза, скорее не человека, а глубоководной рыбы.
     - Выйдем, разговор есть,- процедил он.
     Рыженькая отвернулась, надув губки.
     - Разговор подождет,- ответил я.- Пропусти меня.
     - Меня зовут Сколли. Майк Сколли.
     Как  же,  слышал.  Гангстер  местного   разлива  из  Шайтауна,  который
расплачивался за пиво и  сласти, привозя из Канады выпивку. Ту самую крепкую
выпивку,  что производили  в  стране,  где  мужчины носят юбки  и  играют на
волынках. Когда не разливают виски по бочкам и бутылкам. Его портрет изредка
появлялся в газетах. Последний раз в связи  с тем, что его хотел пристрелить
другой завсегдатай злачных мест.
     - Мы довольно=таки далеко от Чикаго, друг мой.
     - Я приехал не один, можешь не волноваться. Пошли.
     Рыженькая вновь стрельнула на  меня глазками. Я указал на Сколли, пожал
плечами. Она скорчила гримаску и отвернулась.
     - Ну вот. Ты мне все обломал.
     - Цыпочки вроде этой идут в Чикаго по центу за бушель.
     - Не нужен мне бушель!
     - Пошли!
     Я  последовал  за  ним.  После прокуренной атмосферы  ресторана  воздух
приятно  холодил  кожу.  Пахло  свежескошенным  сеном.  Небо  усыпали  мягко
поблескивающие звезды.  Местная шпана тоже высыпала, да только мягкостью она
не отличалась, а поблескивали разве что кончики их сигарет.
     - У меня есть для тебя работенка.
     - И что?
     - Плачу пару сотен. Раздели их на всех или оставь одну себе.
     - Какая работенка?
     -  Сыграть, что же  еще? Моя  сеструха выходит замуж.  Я хочу, чтобы вы
сыграли на свадьбе. Ей нравится диксиленд*. Двое моих парней сказали, что вы
в этом деле доки.
     Я уже говорил  вам,  что  полагал Ингландера  хорошим работодателем. Он
платил нам восемьдесят баксов в неделю. Этот парень  предлагал вдвое  больше
за одно выступление.
     - С пяти до восьми в следующую пятницу,-  уточнил Сколли.- Зал "Сыновья
Эрина" на
     -----------------------------------
     *    Музыкальный   стиль   джаза,   преимущественно    танцевальная   и
развлекательная музыка.
     Гроувер=стрит.
     - Ты переплачиваешь. Почему?
     - На то две причины,-  ответил Сколли  попыхивая трубкой.  Никак она не
вязалась  с его жлобской физиономией.  Ему бы  курить  "лаки  страйк", может
"свит кейпорэл". Сигареты бандитов. А вот с трубкой он не выглядел бандюгой.
С трубкой он становился грустным и забавным.
     - Две причины,- повторил он.- Может, ты слышал о Греке, который пытался
меня пришить.
     - Я видел твою фотографию в газете. Ты старался уползти на тротуар.
     - Не  умничай,- беззлобно проворчал он.- Я  становлюсь ему не по зубам.
Грек  стареет. Мыслит узко.  Ему  пора  на  родину,  пить  оливновое  масло,
смотреть на Тихий океан.
     - Я думал, там Эгейское море.
     - Пусть даже озеро Харон, мне наплевать.  Беда  в другом: не  желает он
признавать,  что стареет. По=прежнему хочет  добраться до меня. Не понимает,
что его время кончилось, смена пришла.
     - То есть ты.
     - Тут ты попал в самое яблочко.


 
< Пред.   След. >
Copyright @ Stephen King, 1975-2004. Copyright @ Издательство АСТ, издательство КЭДМЭН, переводчики В.Вебер, elPoison и другие. Все права принадлежат правообладателям.