Реклама

Поделись с друзьями!

Проголосуй за любимого Кинга!

Понравились рассказы?
 
Бессонница. Страница 39 Версия для печати Отправить на e-mail
Написал Super Administrator   
-  Мягко  сказано,  - ответил Ральф, размышляя, что  сделала бы с таким плакатом  Кэролайн, как  поступила бы она в данном случае. Было без четверти два пополудни; понедельник  выдался холодным. Ральф и Лейдекер только что из здания  окружного суда, где  Ральф  сделал  заявление  по поводу  вчерашнего инцидента  с Чарли  Пике-рингом. Вопросы Ральфу задавал  помощник  окружного прокурора, выглядевший так, будто  бритва понадобится ему не ранее чем через год-два.

 

Лейдекер сдержал  свое первое обещание - он  составил  Ральфу компанию, молча просидев в углу кабинета помощника окружного прокурора.  Но второе его обещание - угостить Ральфа  кофе - оказалось, скорее, стилистическим приемом - ужасного  вида  варево  из автомата, установленного  в  углу  захламленной комнаты  дежурных  на  втором   этаже.  Ральф  сделал  осторожный  глоток  и приободрился, поняв, что вкус этого пойла немного лучше, чем его вид.

- Сахар? Сливки? - спросил Лейдекер. - Или пистолет?

Ральф улыбнулся и покачал головой:

- Отлично... Хотя вряд ли можно полагаться на мой вкус. Прошлым летом я перешел на две чашечки в день, и теперь мне кажется вкусным любой кофе.

- То же самое у  меня с сигаретами - чем меньше я курю,  тем лучше  они мне кажутся. Запретный плод сладок. - Лейдекер извлек из кармана коробочку с зубочистками, достал одну и зажал губами. Затем, поставив свою  чашку с кофе на терминал компьютера, подошел к плакату с Дэмбо и стал вытаскивать кнопки.

-  Не стоит делать  этого из-за  меня,  - произнес Ральф. - Это  же ваш кабинет.

- Ошибаетесь. - Лейдекер отклеил аккуратно вырезанную фотографию Сьюзен Дэй с плаката и, смяв ее, выбросил в корзину. Затем стал  сворачивать и  сам плакат.

- Да? Тогда почему на дверях табличка с вашим именем?

-    Имя    мое,    но     кабинет    принадлежит     вам    и    вашим коллегам-налогоплательщикам,  Ральф.  А   также  любому  репортеру,  который забредет сюда с камерой, и если плакат попадет в программу теленовостей, мне придется туговато. Я забыл его снять еще в пятницу вечером, а отсутствовал я почти весь уик-энд  -  очень  редкий  случай в  моей  практике,  должен  вам заметить.  - Я понял,  что не вы повесили его. - Ральф убрал какие-то бумаги со стула и присел.

-  Конечно, не  я. Неизвестные доброхоты устроили для меня что-то вроде вечеринки в пятницу. Полный набор с пирогом, мороженым и сюрпризом.

-  Лейдекер, порывшись  в столе,  нашел резиновое колечко, надел его на плакат  и,  весело  подмигнув  Ральфу,  бросил  трубочку  в корзину.  -  Мне презентовали   набор  трусиков  с  вырезанной  промежностью,  баллончик  для вагинальных  спринцеваний   с  ароматом   клубники,  подборку   антиабортной сыворотки, выпускаемой "Друзьями жизни" - в нее входит и книжка комиксов под названием "Нежелательная беременность Денизы", - и этот плакат.

- Надеюсь, вечеринку устроили не в честь вашего  дня рождения? - Нет. - Лейдекер,  вздохнув, хрустнул костяшками пальцев.  -  Так  мальчики отметили поручение мне особого дела.

Ральф видел слабые вспышки голубой ауры вокруг головы и плеч Лейдекера, но сейчас он не пытался расшифровывать их значение.

- Дела,  связанного с  приездом Сьюзен  Дэй?  Вы должны  охранять ее во время пребывания в городе?

-  Прямое  попадание.  Конечно, полиция штата  тоже будет рядом,  но  в подобных ситуациях они слишком много внимания  вынуждены уделять контролю за уличным движением. Приедут и представители ФБР, но они в основном занимаются тем, что шатаются повсюду, фотографируют  и предъявляют друг другу секретные значки.

- Но ведь у этой дамы должны быть и свои телохранители, разве не так? - Да, но мне неизвестно ни их количество, ни качество.  Сегодня я разговаривал с их представителем, он произвел на меня приятное впечатление,  но к пятнице мы  должны организовать и  собственную охрану. Согласно приказу,  нас должно быть  пятеро.  Я   плюс  четверо   добровольцев.   Нашей  целью  является... Секундочку... Вам это понравится... - Лейдекер, порывшись в лежащих на столе бумагах, нашел нужный листок и прочитал:

"...сохранять усиленное присутствие и высокую степень видимости".

Он положил бумагу на стол и улыбнулся Ральфу.  Однако улыбка получилась далеко не веселой.

- Другими словами, - пояснил Лейдекер, - если кто-то решится застрелить эту  телку или устроить ей кислотный  душ, нам потребуется Лизетт Бенсон или другой  репортер, чтобы, по крайней мере, зафиксировать  факт  того,  что мы находились поблизости.

- Как вы можете так недолюбливать человека, которого никогда не видели?

-  Я не просто недолюбливаю  ее, Ральф;  я ненавижу ее. Послушайте, я - католик, моя милая матушка была католичкой, мои дети - если они у меня будут - станут служками в соборе Святого Иосифа. Великолепно.

Быть католиком просто великолепно. Сейчас разрешается есть мясо  даже в страстную пятницу.  Но если  вы считаете, что  быть католиком  автоматически означает  быть  противником абортов,  то  глубоко  ошибаетесь.  Видите ли, я католик, которому приходится допрашивать людей,  избивающих своих  детей или спускающих их  с лестницы  после веселенькой ночки, утопленной в  ирландском виски.

Лейдекер, расстегнув ворот  рубашки, вытащил золотой медальон и показал его Ральфу.

- Мария, мать Иисуса.  Я ношу его с  тринадцати лет. Пять лет  назад  я арестовал человека  с точно такой же  вещичкой. Он  только что сварил заживо своего двухлетнего пасынка. Я рассказываю вам чистую правду. Парень поставил огромную кастрюлю с водой на газ, а когда та закипела, схватил мальчугана за щиколотки  и  опустил  в кастрюлю, словно  рака.  Почему?  Потому  что малыш мочился в кроватку. Так он нам объяснил. Я видел тело, и я скажу вам, что по сравнению с этим фотографии, которые так любят показывать "Друзья жизни", не более чем детский лепет.

Голос Лейдекера слегка задрожал, выдавая внутреннее напряжение.

- Но больше всего меня поразило  то, как  этот парень плакал и  как он, держась  за  медальон  с  изображением  Святой  Девы Марии, говорил, что ему необходимо исповедаться... Меня  восхищают католики,  Ральф...  Но  я твердо убежден, что  не может священник стать истинным отцом для своей паствы, если он лишен права быть отцом собственного ребенка.

- Ладно, - кивнул Ральф. - Но что вы имеете против Сьюзен Дэй?

- Она расшевелила это чертово осиное гнездо! - закричал Лейдекер.

- Она  приезжает  в мой город, и я обязан защищать ее. Отлично! У  меня есть надежные парни, и если нам повезет, мы проводим ее из города с головой, по-прежнему сидящей  на плечах,  и грудью, торчащей в нужную сторону, но как же насчет предшествующих событий? И того, что произойдет после ее отъезда?

Думаете, ее  это  интересует? Неужели вы думаете, что людей, курирующих Центр помощи женщинам, волнуют побочные эффекты!

- Не знаю.

- Защитники  Центра  ушли не  намного  дальше от  насилия, чем  "Друзья жизни". Знаете ли вы, с чего все началось?

Ральф порылся  в памяти, припоминая свой первый разговор о Сьюзен Дэй с Хэмом  Дейвенпортом.   Ему  почти  удалось  уловить  суть,  но  она  тут  же ускользнула.  Бессонница  вновь победила. Он отрицательно покачал головой. - Разделение на  территории, - пояснил Лейдекер и  возмущенно  расхохотался. - Все  то  же  простое,  старинное предписание  о  разделении  на  территории. Великолепно  звучит.  В   начале  этого  лета  двое  наиболее  консервативно настроенных  членов городского совета -  Джордж Тэнди и Эмма Уитон  - подали прошение  в Комитет по  защите прав  территорий  с  требованием пересмотреть границы территории, на которой находится Центр. Идея такова - с учетом новых границ получить возможность стереть это место  с лица земли. Сомневаюсь, что я формулирую правильно, но суть вы уловили.

- Конечно.

- Ну вот. Поэтому - назовем их "друзья  выбора" - пригласили Сьюзен Дэй приехать в Дерри и выступить с речью, которая привлекла бы на их сторону еще большее число людей, дабы встать грудью на борьбу с "Друзьями жизни".

Единственная  проблема заключается  в  том,  что противники  абортов не имели никакого отношения  к  переразделу  территории N7,  и людям из  Центра помощи женщинам известно об этом! Черт, одна из их директрис, Джун Холлидей, - член городского совета. Она и эта сука Уитон чуть ли не плюют друг другу в лицо, сталкиваясь в коридоре муниципалитета.

-  Перераздел территории N7 с самого начала был замком на песке, потому что  Центр помощи женщинам технически  является  больницей, как  и городская больница Дерри,  расположенная по соседству. Если  изменить  территориальные законы с целью объявить деятельность Центра нелегальной, значит, то же самое произойдет и с  одной из трех больниц округа Дерри  -  третьего по  величине округа штата Мэн.  Следовательно, этого никогда не случилось бы, да это и не важно, потому  что с  самого начала проблема  заключалась в другом. В основе всего лежали  стервозность и желание сделать что-то в пику противнику. А для большинства сторонников выбора - один из моих коллег называет их Мастаками - дело заключается еще и в собственной правоте.

- Правота? Не понимаю.

-  Им  недостаточно того, чтобы женщина, не  таясь, могла прийти туда и отделаться от вызывающей лишние проблемы маленькой рыбки, растущей в  ней, в любое время,  как только пожелает; сторонники выбора  хотят довести  спор до конца.  В глубине души они хотят, чтобы такие,  как Дэн Далтон,  признали их правоту, а этого никогда не произойдет. Скорее арабы и израильтяне признают, что были не правы, и бросят оружие. Я признаю право женщины на аборт, если в этом  действительно возникает необходимость, но меня  тошнит от отношения  к этому вопросу сторонников выбора. Насколько  я  разбираюсь в жизни, по  сути они новые пуритане, считающие,  что человек, не разделяющий их образ мыслей, обязательно отправится в ад... Только в  их представлении  это место, где по радио передают лишь народную музыку, а кормят исключительно жареными курами.

- Ох и остры же вы на язык!

- Попытайтесь  посидеть на пороховой бочке три месяца, тогда посмотрим, что будете чувствовать  вы. Скажите мне только одно - как по-вашему,  пырнул бы вас ножом Пикеринг, не  будь в  этом  деле замешан Центр помощи женщинам, "Друзья жизни" и Сьюзен Оставьте-Мою-Священную-Корову-в-Покое Дэй?

Ральф сделал вид, что  внимательно обдумывает  вопрос, на самом же деле он рассматривал ауру  Джона Лейдекера. Она была здорового голубого цвета, но по  краям  мелькали быстро исчезающие  зеленоватые  искорки.  Именно  они  и заинтересовали Ральфа; кажется, он знал, что это означает.

Наконец он произнес:

- Нет. Думаю, нет.

-  И я того  же мнения.  Вы  были ранены в  войне,  исход  которой  уже предрешен,  Ральф, и  вы далеко не последняя жертва. Но  если вы  пойдете  к Мастакам  - или к  Сьюзен Дэй, -  расстегнете рубашку,  покажете  повязку  и скажете: "Частично в этом  и ваша вина",  они  поднимут руки  и возразят: "О нет, что вы,  нам  очень  жаль, что  вы  пострадали, Ральф,  ведь  мы против насилия, и  это не наша вина, однако нам  необходимо, чтобы  Центр продолжал работать, нам  нужны  мужчины  и женщины  на баррикадах, и  если  для  этого потребуется немного пролитой крови, пусть будет так". Но дело абсолютно не в Центре, именно это и возмущает меня больше всего. Дело в...

- ...абортах.

- Да нет же? Праву на аборты ничего не грозит в штате Мэн, да и в Дерри тоже, что бы там ни говорила Сьюзен Дэй. Дело в том, чья команда лучше. Дело в том, на чьей стороне Бог. Дело в том, кто прав. Как бы  я хотел, чтобы все они спели: "Мы чемпионы" - и напились в стельку.

Ральф  рассмеялся, закинув  голову. Лейдекер рассмеялся вместе с ним. - Конечно, они дуболомы, - пожав плечами, закончил он. - Но они наши дуболомы. Вам кажется, что я шучу?  Нет. Центр помощи, "Друзья жизни", "Стражи  тела", "Наше дело"... Все они  наши ослиные задницы, и я, честное  слово, не против того, чтобы присматривать за своими. Именно поэтому я и  выбрал свою работу, именно поэтому я и остаюсь здесь. И вы уж  мне простите, если я схожу с  ума при мысли, что  мне придется охранять  некую  длинноногую  Мисс  Америка  из Нью-Йорка, собирающуюся  прилететь сюда,  произнести провокационную  речь, а затем упорхнуть, прихватив с собой несколько публикаций собственных интервью и достаточно материала для очередной главы новой книги.

- Нам в лицо она будет говорить, какое мы прекрасное, племя травоядных, а  вернувшись в  роскошные  апартаменты  на Паркавеню, станет  вещать  своим друзьям о том, что ей никак  не удается смыть дерьмо наших бумажных фабрик с ее  великолепных  волос.  Она  же  женщина... И если  нам  повезет,  то  все успокоится, никто не погибнет и не пострадает.

У Ральфа уже не вызывало сомнений значение этих зеленоватых  искорок. - Но вы напуганы? - спросил он.

 
< Пред.   След. >
Copyright @ Stephen King, 1975-2004. Copyright @ Издательство АСТ, издательство КЭДМЭН, переводчики В.Вебер, elPoison и другие. Все права принадлежат правообладателям.