Реклама

Поделись с друзьями!

Проголосуй за любимого Кинга!

Понравились рассказы?
 
Бессонница. Страница 46 Версия для печати Отправить на e-mail
Написал Super Administrator   
Фэй  медленно  поднялся.  Он  на целый фут  возвышался над  лопатолицым Педерсеном, да и тяжелее был фунтов на пятьдесят.

 

Ральф не верил своим глазам. Если здесь отрава проникла так глубоко, то что говорить об остальных жителях города? Ральф считал, что док  Малер прав; Сьюзен  Дэй  не имела ни малейшего представления,  насколько  неудачна мысль избрать полем  своей деятельности  Дерри.  В некотором смысле Дерри  не  был похож на другие города.

Ральф двинулся вперед, еще не  вполне  сознавая,  что именно собирается делать,  и  успокоился,  увидев, что  Стэн  Эберли  поступает  так  же.  Они обменялись  взглядами, приблизились к двум  старикам, стоящим  нос к носу, и Стэн  незаметно кивнул. Ральф обвил плечи Фэя рукой  за секунду до того, как Стэн схватил Педерсена за левую руку.

- Не следует  делать этого.  -  Стэн говорил  прямо  в оттопыренное ухо Педерсена. -  Иначе  дело кончится  тем,  что вас обоих  увезут в больницу с сердечным приступом, а вряд  ли это то, что вам нужно. У тебя,  Харли, и так уже было два. Или три?

- Я не позволю ему шутить, когда речь идет о женщинах, убивающих детей! - закричал Педерсен, и  Ральф увидел, что по щекам  старика катятся слезы. - Моя жена  умерла, давая жизнь нашей второй дочери! Заражение крови отправило ее  на  тот  свет  в   сорок  шестом!  Поэтому  я  не  выношу  разговоров  о детоубийстве!

- Боже! - изменившимся голосом произнес Фэй. - Я этого не знал, Харли.

Извини...

- К  черту твое извинение! -  крикнул Педерсен  и вырвался из рук Стэна Эберли. Он  устремился к Фэю,  поднявшему кулаки,  но  затем опустившему их, когда  Педерсен промчался мимо, даже не удостоив его взглядом.  Он прошел по тропинке  между  деревьями  и скрылся  из  вида.  После  его  ухода  повисла тридцатисекундная гробовая тишина, нарушаемая лишь гулом самолета.

   3

   - Господи,  - в  конце концов  вымолвил Фэй. - Десять лет  почти каждый день встречаешься с парнем и начинаешь считать, что тебе все о нем известно. Боже мой,  Ральфи,  я  и не  знал, от  чего умерла его  жена.  А  теперь вот чувствую себя круглым идиотом.

- Не стоит так переживать,  - произнес Стэн. - Возможно, у него как раз месячные.

-  Закрой рот, - оборвала его Георгина.  - Достаточно пошлостей за одно утро.

- Скорее бы приехала и уехала эта штучка Дэй, тогда  все снова войдет в свою колею, - высказался Фрэд Зелл.

Док Малер, стоя на четвереньках, собирал шахматные фигурки.

-  Не хочешь доиграть,  Фэй? -  спросил он. -  Я  помню,  как они  были расставлены.

- Нет, -  ответил Фэй. Его голос,  остававшийся  ровным и спокойным  во время  стычки   с  Педерсеном,  теперь  заметно  дрожал.  -  Думаю,  с  меня достаточно. Может быть, Ральф поучит тебя играть.

-  Я пас, - отозвался Ральф.  Он  искал взглядом Дорренса. Старик снова воспользовался проломом в заборе и теперь, стоя по колено в траве на обочине служебной  дороги с  неизменной  книжкой  в  руках,  наблюдал,  как  самолет выруливает  к центральному терминалу. Ральф вспомнил Эда,  мчащегося по этой же  дороге  на  стареньком  "датсуне"  и  на  чем  свет   стоит   поносящего медлительные  ворота.  Впервые  за прошедший год  ему стало  интересно,  чем занимался Эд на территории аэропорта.

- ...чем раньше.

- А? - Ральф с усилием сосредоточил внимание на Фэе.

- Я  сказал,  что  ты,  должно  быть,  снова  хорошо спишь, потому  что выглядишь намного лучше, чем раньше. Зато теперь со слухом туговато.

- Наверное, - согласился Ральф, пытаясь  улыбнуться. - Думаю, мне стоит перекусить. Пойдешь со мной, Фэй? Я угощаю.

- Нет, я уже позавтракал, - ответил Фэй. - И сейчас, честно говоря, еда камнем давит на желудок. Слушай, Ральф, этот старый хрыч плакал, ты видел?

- Да, но на твоем  месте я  не стал бы на этом зацикливаться,  - сказал Ральф. Он направился к дороге, широкоплечий  Фэй побрел рядом с ним. Он шел, ссутулившись и опустив голову,  напоминая огромного медведя,  наряженного  в мужской  костюм. - Парни нашего возраста могут разреветься из-за пустяка. Ты же знаешь.

- Возможно. - Фэй благодарно улыбнулся Ральфу. - Все равно спасибо, что остановил меня, не  дал  наделать глупостей. Ты же знаешь,  на  меня  иногда находит.

"Жаль, что никого не  оказалось рядом, когда  подобное произошло  между мной и Биллом", - подумал Ральф. Вслух же он произнес:

- Мне было не трудно.  Это я должен  благодарить  тебя. Такой  поступок добавит  новый  штрих  к  моему  resume,  когда я решу обратиться по  поводу высокооплачиваемой работы в ООН.

Фэй, довольно рассмеявшись, похлопал Ральфа по плечу:

-  Да!  Генеральный секретарь!  Миротворец Номер Один!  Ты без  проблем получишь эту работу!

- Несомненно. Пока, Фэй.

Ральф уже поворачивался, когда Фэй коснулся его руки:

-  Ты ведь примешь участие во Взлетно-посадочном  Турнире на  следующей неделе?

Ральф не  сразу понял, о чем  идет речь, хотя  это и составляло главную тему  разговоров  столяра на  пенсии с  того момента, как листья на деревьях стали желтеть. Фэй организовывал проведение шахматных турниров под названием "Взлетно-посадочный  N3" начиная с 1984 года,  именно  тогда закончилась его "настоящая жизнь".  Призом служил  огромный  хромированный кубок с короной и скипетром.  Фэй, лучший игрок среди Старых Кляч (в западной части города, по крайней мере), награждал сам себя этим кубком в шести случаях из девяти, и у Ральфа  возникло  подозрение,  что  три  раза  Фэй  проиграл  намеренно  для поддержания  интереса  у  остальных  участников. Нынешней  осенью Ральфа  не слишком интересовали шахматы; ему и без них было над чем подумать.

- Конечно, - ответил он. - Вообще-то я рассчитываю на приз.

Фэй улыбнулся:

-  Отлично.  Турнир  должен был состояться  в  прошлый  уик-энд,  но  я надеялся, что если его  отложить, то Джимми В. Тоже примет участие. Но он до сих пор в больнице, так что если  откладывать и  дальше, наступят  холода, и нам придется проводить турнир в парикмахерской, как в девяностом году.

- А что случилось с Джимми В.?

-  Рак снова  принялся за  него,  - ответил Фэй, затем, понизив  голос, добавил: - Не думаю, что на этот раз у него есть хоть малейший шанс отразить нападение.

Чувство  глубокого сожаления охватило Ральфа при этом  известии. Они  с Джимми Вандермеером знали друг друга еще в  "настоящей  жизни". В те времена оба  мотались по  дорогам. Джимми  торговал  сладостями  и  поздравительными открытками,  а  Ральф - печатными приспособлениями  и  бумажной  продукцией, вдвоем  они составляли  отличную  команду,  колеся  по  Новой  Англии,  ведя поочередно  машину  и позволяя  себе  более  роскошные удобства, чем было бы доступно одному.

Они   делились  также   ничем   не  примечательными  секретами  мужчин, путешествующих в  одиночку. Джимми поведал Ральфу о проститутке, стащившей у него бумажник в 1958 году, и как он затем обвел вокруг  пальца  жену, сказав ей, что его ограбил попутчик.

Много  поездок;  много пробитых колес; много шуток по  поводу  одиноких коммивояжеров  и  хорошеньких фермерских дочек; много бесед,  затягивающихся далеко за полночь. Иногда они говорили о Боге,  иногда о политике.  В общем, Джимми Вандермеер был чертовски отличным парнем. А потом Ральф нашел сидячую работу  в типографии, и  Джимми выпал из  его  поля  зрения. Они возобновили взаимоотношения  только  здесь  и в  некоторых других местах,  принадлежащих Городу  Старых Кляч, - встречались  в библиотеке, бассейне,  задней  комнате парикмахерской. Когда вскоре после похорон Кэролайн Джимми рассказал, что он вполне достойно выдержал  схватку  с  раком легких,  Ральф  припомнил, каким всегда видел Джимми: говорил ли тот о бейсболе, ловил ли рыбу, ехал ли он  в машине, в уголке рта у него непременно была зажата сигарета.

"Мне  повезло", - сказал он себе тогда. Но, по  всей видимости, счастье изменило ему. Так происходит всегда.

- Печальная новость, - вздохнул Ральф.

- Он уже почти три недели в больнице, - сообщил Фэй. - Проходит лечение радиацией  и принимает уколы с ядом, по идее убивающим рак, но на самом деле убивающим самого человека. Удивительно, что ты ничего не знал, Ральф.

"Конечно, ты удивлен, а  я нет. Видишь ли, бессонница - дама  ревнивая, она заставляет о  многом забыть. То не можешь  отыскать бульонные кубики, то теряешь ощущение времени, а потом наступает очередь и старых друзей".

Фэй покачал головой:

- Проклятый рак. Ужасно, как он может таиться, выжидая своего хода.

Ральф кивнул, затем, подумав о Кэролайн, спросил:

- Ты  случайно не знаешь  номер палаты  Джимми? Может быть,  я проведаю его.

- Случайно знаю: 315. Запомнишь?

Ральф усмехнулся:

- Хотя бы на время.

- Конечно,  навести его,  если сможешь, - они его хорошенько накачивают уколами, но пока еще он узнает людей, клянусь, ему  будет приятно повидаться с тобой. Как-то он сказал мне, что у вас есть что вспомнить.

-  Ты  же знаешь,  как это бывает, - ответил  Ральф. - Парочка  молодых мужиков в дороге,  вот и все. Если нам приносили чек  за обед, Джимми всегда предоставлял оплачивать его мне. - Внезапно Ральфу захотелось расплакаться.

- Паршиво, правда? - спокойно заметил Фэй.

- И не говори.

- Навести его. Он будет  рад,  да и тебе полегчает. Только не  забудь о шахматном  турнире!  - закончил  Фэй и выпрямился, делая героическое усилие, чтобы выглядеть и говорить как можно  бодрее. - Еще раз спасибо, что удержал меня от глупости. Знаешь, мне как-то не по себе.

- Ладно. Я же Миротворец Номер Один. - Ральф пошел по тропинке, ведущей к дороге,  затем обернулся. - Видишь служебную дорогу? Ту,  которая ведет от Дженерал Авиэйшн  к шоссе? - Он указал рукой. От терминала отъехал грузовик, на ветровом стекле полыхали ослепительные солнечные блики.

Грузовик  притормозил   возле  ворот,  входя  в  поле   действия   луча фотоэлемента.

Ворота стали открываться.

- Конечно, вижу, - ответил Фэй.

-  Прошлым  летом  я  видел,  как  по  служебной   дороге  ехал  Дипно, следовательно,  у  него  есть  ключ-карточка  от  этих  ворот.  Нет  никаких соображений по поводу того, как она оказалась у Эда?

-   Ты   имеешь   в  виду   парня   из   организации  "Друзья   жизни"? Ученый-лаборант,  который  провел  небольшой  эксперимент, избив  свою  жену прошлым летом?

Ральф кивнул:

- Только  я говорю о лете  1992 года. Он  ездил  на  старом  коричневом "датсуне".

Фэй рассмеялся:

- Да  я не отличу "датсун" от "тойоты" или "хонды",  Ральф. Но я скажу, кто  в  основном пользуется  этой дорогой:  поставщики провизии,  их пилоты, обслуживающий персонал  и  авиадиспетчеры. Думаю,  некоторые пассажиры  тоже имеют такие ключи, если они часто летают на личных самолетах.

Единственные  ученые,  занятые  здесь,  работают  на  станции  контроля воздуха.

Он ученый такого профиля?

 
< Пред.   След. >
Copyright @ Stephen King, 1975-2004. Copyright @ Издательство АСТ, издательство КЭДМЭН, переводчики В.Вебер, elPoison и другие. Все права принадлежат правообладателям.