Подпишись на RSS! Добавь в свой ридер!
Реклама

Поделись с друзьями!

Проголосуй за любимого Кинга!

Понравились рассказы?
 
На посошок Версия для печати Отправить на e-mail
Написал Super Administrator   
В четверть одиннадцатого,  когда Херб Тукландер уже собрался  закрывать
свое заведение,  в "Тукис  бар", что находится  в  северной части  Фолмаута,
ввалился мужчина  в дорогом  пальто и с  белым,  как  мел, лицом.  Дело было
десятого  января,  когда народ в большинстве  своем  только учится  жить  по
правилам, нарушенным в Новый год, а за окном  дул сильнейший северо-западный
ветер.  Шесть  дюймов  снега  намело еще до наступления темноты,  и снегопад
только  усиливался. Дважды  Билли  Ларриби  проехал  мимо нас  на  грейдере,
расчищая  дорогу, второй  раз  Туки  вынес  ему  пива,  из  милосердия,  как
говаривала моя матушка, и, Господь знает, в свое время этого пива она выпила
сколько надо. Билли сказал ему, что чистится только главное шоссе, а боковые
улицы  до утра закрыты  для проезда.

Радио в  Портленде  предсказывает, что
толщина снежного покрова увеличится еще на фут, а скорость ветра усилится до
сорока миль в час.
     В баре мы с Туки сидели вдвоем, слушая завывания ветра да вглядываясь в
языки  пламени в  камине.  "Давай  на посошок,  Бут,-  говорит  Туки.-  Пора
закрываться".
     Он налил мне, потом себе, тут открылась дверь и вошел этот  незнакомец,
обсыпанный снегом, словно сахарной  пудрой. Ветер тут же полез в бар снежным
языком.
     - Закрывайте дверь!- орет на него Туки.- Или вас воспитывали в сарае?
     Никогда  я  не  видел  более перепуганного  человека.  Он  напомнил мне
лошадь, которая весь день  ела крапиву. Он вытаращился на Туки, пробормотал:
"Моя жена... моя дочь..."- и повалился на пол.
     - Святой Иосиф,- говорит Туки.- Закрой дверь, Бут, ладно?
     Я подошел и закрыл дверь,  борясь с  ледяным ветром. Туки  опустился на
колено рядом с мужчиной, приподнял  голову, похлопал по щекам. Тут я увидел,
что выглядит  парень  паршиво.  Лицо уже покраснело, на нет  появились серые
пятна. А тот, кто пережил в Мэне все зимы с тех самых пор, когда президентом
был Вудро  Вильсон  (это я о себе),  знает,  что эти  серые  пятна -  верный
признак обморожения.
     - Отключился,- прокомментировал Туки.- Принеси=ка бренди.
     Я взял с полки бутылку, вернулся. Туки расстегнул парню пальто. Он чуть
оклемался: глаза приоткрылись, он что=то забормотал, но очень уж тихо.
     - Налей чуток.
     - Чуток?- переспрашиваю я.
     -  Бренди  -  чистый  динамит,-  отвечает  он.- А  ему  и  так  сегодня
досталось.
     Я плеснул бренди в стопку, посмотрел на Туки. Тот кивнул.
     - Лей прямо в горло.
     Я вылил.  Реакция  последовала  незамедлительно. Мужчина  задрожал всем
телом, закашлялся. Лицо покраснело  еще больше. Глаза  широко раскрылись.  Я
обеспокоился, но Туки усадил его, как большого ребенка, стукнул по спине.
     Мужчина попытался выблевать бренди, Туки стукнул его снова.
     - Нельзя. Продукт дорогой.
     Мужчина все кашлял, но уже не так натужно. Тут  я  смог  приглядеться к
нему.  Судя  по всему,  из большого  города,  откуда=то  к  югу  от Бостона.
Перчатки дорогие, но тонкие,  так что на руках наверняка серые  пятна, и ему
еще  повезет, если он не  потеряет палец=другой.  Пальто дорогое, это точно,
триста долларов, никак не меньше. И сапожки, едва доходящие до  щиколоток. Я
подумал, а не отморозил ли он мизинцы.
     - Полегчало,- просипел он.
     - Вот и хорошо,- кивнул Туки.- Можете подойти к огню?
     - Моя жена и дочь... Они там... Мы попали в буран.
     - Да  я уж  понял, что  они не сидят  дома  перед телевизором,- ответил
Туки.- Вы расскажете нам обо всем у камина. Помогай, Бут.
     Он  со стоном поднялся, рот перекосило от  боли. Вновь я подумал,  а не
отморозил  ли  он  ноги. Оставалось  только гадать, что чувствовал  Господь,
создавая идиотов из Нью=Йорка, которые пытаются  пересекать южную часть Мэна
наперекор  северо=восточным  буранам. Оставалось только  надеяться, что  его
жена и маленькая дочь одеты теплее, чем он.
     Мы довели его до камина  и усадили в  кресло=качалку, в  которой всегда
сидела  миссис Туки,  пока  не представилась  в 1974 году. Именно стараниями
миссис Туки этот бар получил известность. О  нем  писали "Даун ист",  "Санди
телеграф"  и даже в  воскресном  приложении  "Бостон  глоуб".  Действительно
"Тукис  бар" скорее тянул  на таверну,  с паркетным  полом, баром  из клена,
тяжелыми потолочными балками, большим каменным камином. После статьи в "Даун
ист" миссис Туки хотела дать бару  новое название, "Тукис  инн"  или  "Тукис
рест",  действительно, они лучше соответствовали интерьеру, но я предпочитаю
старое -  "Тукис бар". Одно дело -  потакать  вкусам  туристов,  наводняющих
летом  наш  штат,  и другое  - работать  зимой,  когда  обслуживаешь  только
соседей.  А  частенько случалось, что зимние вечера мы , я  и Туки, коротали
вдвоем, пили виски  с содовой или пиво. Моя Виктория умерла в 1973, и, кроме
как  к Туки пойти мне  было  некуда:  здесь голоса заглушали тиканье  часов,
отмеряющих мне жизнь, даже два голоса, мой и Туки. Но едва ли  я приходил бы
сюда,  измени Туки название  своего заведения на какое=нибудь "Тукис  рест".
Глупость, конечно, но, тем нее менее, правда.
     Мы усадили парня перед огнем и он задрожал еще сильнее. Обхватил колени
руками,  зубы стучали, из носа потекло. Я думаю, он начал осознавать, что не
выжил  бы, проведи на улице еще пятнадцать минут. И убил бы его  не  снег, а
пронизывающий ветер, выдувающий из тела все тепло.


 
< Пред.   След. >
Copyright @ Stephen King, 1975-2004. Copyright @ Издательство АСТ, издательство КЭДМЭН, переводчики В.Вебер, elPoison и другие. Все права принадлежат правообладателям.