Реклама

Поделись с друзьями!

Проголосуй за любимого Кинга!

Понравились рассказы?
 
Томминокеры. Страница 43 Версия для печати Отправить на e-mail
Написал Super Administrator   

- Какую вещь?

- Если  бы я сказала  тебе сейчас, ты  бы  решил, что  я сошла  с  ума. Попозже я покажу тебе, а сейчас, я думаю, лучше просто поговорим. Скажи мне, что ты увидел вокруг этого места. Какие изменения?

Итак,  Гарденер  отмечал:  усовершенствования в погребе,  беспорядочные проекты, жуткое маленькое солнышко в нагревательном приборе. Странная работа по усовершенствованию  двигателя "Томкэта". Он  с  минуту колебался, думая о дополнении к диаграмме у рукоятки, и решил пропустить  это. Он  предполагал, что Бобби знала, что он ее по крайней мере видел.

- И когда-то посреди  всего этого, - сказал он,  - ты нашла  время  для написания  еще  одной книги.  Длинной книги. Я прочел  первые примерно сорок страниц, пока ждал твоего пробуждения, и думаю, что она так же хороша, как и длинна. Возможно, это лучший роман  из всех, что ты когда-либо написала.., а ты писала хорошие романы.

Андерсон кивала, польщенная.

- Спасибо. Я тоже так думаю. - Она  показала на последний ломтик бекона на блюде:

- Хочешь?

- Нет.

- Точно?

- Точно.

Она отправила ломтик себе в рот.

- Сколько времени ты писала?

- Я  не помню точно,  - сказала Андерсон, - что-то около  трех дней. Не больше недели, во всяком случае. Большую ее часть я сделала во сне.

Гард улыбался.

-  Знаешь,  я  не  шучу,   -  улыбнулась  Андерсон.  Гарденер  перестал улыбаться.

- Мое ощущение времени совсем  заглохло.  Я точно знаю, что не работала над ней 27-го. Это был последний  день, когда время - последовательное время - казалось мне до  конца понятным. Ты добрался сюда прошлой ночью, 4 июля, и она была готова. Значит.., неделя, максимум. Но на самом деле  я думаю,  что на это ушло не больше трех дней.

Гарденер  изумленно  смотрел  на  нее.  Андерсон  спокойно  огляделась, вытирая пальцы о салфетку.

- Бобби, это невозможно, - сказал он наконец.

- Если ты говоришь так, то ты не видел еще моей пишущей машинки.

Гарденер глянул мельком  на  старую машинку Бобби, когда  садился, но и только - его внимание тут же приковала рукопись. Старый черный "Ундервуд" он видел уже тысячу раз, рукопись же была новая.

-  Если  бы ты повнимательней посмотрел,  увидел  бы  рулон  бумаги для компьютера  на  стене  за  ней и  еще  одно  из этих приспособлений  за ним. Упаковка от яиц, сверхмощные батареи и все. Что? Эти?

Она подтолкнула пачку к Гарденеру, он взял одну.

- Я  не знаю, как она работает,  я действительно  не  представляю,  как работает ни одна  из них, включая  и  ту, которая гонит сюда  весь  ток. Она улыбнулась,  видя  выражение лица  Гарденера. - Я отключилась от центральной силовой установки,  Гард. Я заставила  их прекратить  подачу.., то есть, они охотно  пошли  на  это,  совершенно уверенные,  что я  попрошусь назад через некоторое  время.., ну-ну, посмотрим.., четыре  дня  назад.  Это  то,  что я помню.

- Бобби...

- Здесь  есть такая  же  машинка, как  та  штуковина  в  нагревательном приборе, и та, что  за  моей  пишущей машиной сзади  в  коробке  соединения, только  та  штука -  дедушка всех остальных. -  Андерсон засмеялась. Это был смех  женщины, вспомнившей  что-то приятное.  Там  20 или  30  D-элементов в одной. Я думаю, Поли Эндрюс из Супермаркета считает, что я занимаюсь чепухой - я купила все  батарейки, какие  были у него на складе, а  потом  поехала в Огасту покупать еще.

- Не в  тот ли  это день было,  когда  я привезла грунт  для погреба? - последнюю  фразу,  нахмурившись,  она адресовала  самой себе. Потом ее  лицо прояснилось.  -  Я  думаю, да.  Историческая  Гонка за  Батареями 1988 года. Обежала  около  ста  магазинов,  вернулась  с   сотнями  батарей,  а   потом остановилась в  Альвионе и взяла грузовик плодородной  земли, чтобы удобрить погреб. Я почти уверена, что оба эти дела я сделала в один пень.

Она снова напряженно нахмурилась, и Гарденер в какой-то момент подумал, что Бобби  выглядит  снова испуганной и опустошенной -  конечно, она все еще была  опустошена. Истощение  того типа,  что  Гарденер видел  прошлой ночью, истощение до  мозга костей. То, что она поспала одну ночь, неважно насколько долго  и  глубоко,  не  могло  компенсировать это  истощение. А  потом  этот безумный, подобный галлюцинации рассказ - о книге, написанной во сне; о том, что весь ток в доме от D-элементов, какие-то безумные поездки в Огасту.

Кроме того, доказательства были здесь, вокруг него, он видел их.

- ..то самое, - сказала Андерсон и засмеялась.

- Что, Бобби?

- Я сказала, что у меня была чертова пропасть работы с установкой того, что вырабатывает ток здесь, в доме, и там, на раскопках.

- Что за раскопки? Это там, в лесу, что ты мне хотела показать?

- Да. Скоро. Дай мне еще несколько минут. -  когда Андерсон заговорила, ее  лицо снова приняло удовлетворенное выражение. Гарденер внезапно подумал, что таким должно быть выражение лиц  тех, кто знает  что-то, что не хотел бы рассказывать, но должен  рассказать -  из  тех  наскучивших  всем  лекторов, которые были частью Антарктической экспедиции 1937 года и которые до сих пор хранят свои выцветшие  слайды,  доказывающие это. Измаилу-моряку, последнему со злосчастного  "Пекода",  который заканчивает  свой рассказ  предложением, кажущимся  отчаянным  криком,  только  небрежно  замаскированным  под  некое подобие  сообщения: "Я последний, кто  может  рассказать  вам это". Было  ли таким отчаянием и безумием то, что обнаружил Гарденер в веселых и бессвязных воспоминаниях  Бобби о Десяти Странных Днях  в Хэвене? Гарденер  думал,  что да.., он знал это. Кто был лучше приспособлен к тому, чтобы видеть призраки? С чем бы ни столкнулась здесь Бобби,  пока он читал  стишки, чтобы увеселить матрон и их скучающих мужей, это почти свело ее с ума.

Слегка дрожащими  руками Андерсон  зажгла  следующую сигарету, заставив задрожать  огонек спички.  Это  было одной из  таких  вещей,  которые  можно заметить, только если ищешь и ждешь их.

- К тому  моменту я вытащила  их из коробки для яиц, и получилось, так, что батарей  оказалось слишком много для  одной или двух  по  крайней  мере. Поэтому я  взяла  одну из сигарных коробок  дядюшки  Фрэнка - на чердаке их, таких  старых,  деревянных, должно быть около дюжины, может быть, Мейбл Нойз из магазина  заплатила бы мне за них  несколько долларов, но  ты же  знаешь, какая она скряга - и  я набила  их туалетной бумагой и попыталась устроить в бумаге гнезда для батареек, чтобы вставить их туда. Ну, знаешь.., гнезда?

Андерсон сделала  правым  указательным пальцем быстрый тыкающий жест и, блестя глазами, взглянула на Гарда - уловил он  или нет.  Он кивнул. Чувство нереальности  постепенно овладевало им, чувство,  что  его  сознание  готово просочиться сквозь череп и всплыть  под потолок. Пьяный  смог бы  определить это, подумал он, и пульсация в голове усилилась.

- Но батарейки продолжали падать. Она загасили сигарету и тут же зажгла новую. - Они были дикие, совсем дикие. И я тоже. Потом меня осенило.

Они?

- Я поехала к Чипу Маккосланду. Ну, вниз по Проселочной дороге.

Гарденер  кивнул  головой.  Он никогда  не  ездил вниз  по  Проселочной дороге.

- Ну, он живет там со  своей  мымрой и  с десятком ребятишек. О,  такая неряха... Гард, грязь с ее шеи.., можно смыть, только если сначала применить отбойный  молоток.  Я  думаю,  он  женился  на  ней  раньше,  и..,  не имеет значения..,  это просто... Мне было не с кем поговорить. Я имею в виду,  что они-то не говорят  так, как говорят друг с другом два человека.., я смешиваю незначительные вещи с вещами, которые...

Речь  Андерсон  начала убыстряться  и  убыстряться, пока слова не стали перекрывать друг на друга. Сейчас  она  быстро  бормочет, подумал Гарденер с тревогой,  а  очень  скоро может закричать или заплакать. 

 
< Пред.   След. >
Copyright @ Stephen King, 1975-2004. Copyright @ Издательство АСТ, издательство КЭДМЭН, переводчики В.Вебер, elPoison и другие. Все права принадлежат правообладателям.