Тем же нежным голосом Бобби произнесла:

- А вот этого  делать не  стоит, Гард. Все будет в порядке. Что-то в ее тоне заставило Гарденера бояться больше, чем когда-либо.

   2

   Они  сели  в  "Томкэт"  и  в тишине  проехали  мимо  мертвых  деревьев; единственным звуком был еле различимый гул аккумулятора. Они оба молчали.

Бобби припарковала  трактор у навеса,  и они постояли минуту, глядя  на серебряный  диск, торчащий  из котлована. Утреннее  солнце  бросало на  него ясный, широкий клин света.

Внутрь, снова подумал Гарденер.

- Ты готов? - опять спросила Бобби. - Ну же, Рокки - всего один сильный удар, и ты больше ничего не будешь чувствовать.

- Да, отлично, - сказал Гарденер. Его голос был немного хриплым.

Бобби посмотрела  на него изучающе своими изменчивыми глазами - с этими плавающими,  расширяющимися зрачками. Гарденер  почти ощутил, как  мысленные пальцы тискают его мысли, пытаясь вытащить их наружу.

-  Пойти  туда  - это могло тебя убить, ты  знаешь, - наконец,  сказала Бобби. - Не воздух, с ним мы справимся, - она улыбнулась. - Смешно, да? Пять минут в такой маске лишило бы кого-нибудь снаружи сознания, а полчаса его бы убили. Но нас они спасают. Это щекочет твои нервы. Гард?

- Да, -  сказал Гард, глядя  на корабль и думая о том,  что его  всегда волновало: "Откуда ты?  И как долго ты шел сквозь ночь, прежде чем оказаться здесь?" - Это щекочет.

- Я  думаю, ты  будешь в  порядке, но знаешь, - Бобби  помялась, - твоя голова.., эта стальная пластинка может как-нибудь наткнуться на...

- Я знаю, что рискую.

- Как хочешь.

Бобби  развернулась  и пошла к котловану.  Гарденер постоял  немного на месте, глядя, как она идет.

"Я знаю об опасности от пластины. Но мне меньше ясна опасность от тебя, Бобби. Я действительно буду  дышать  хэвенским воздухом, когда надену маску, или чем-то другим?"

Но  ведь это уже не важно, не так ли? Жребий брошен. И ничто не поможет ему избежать  захода внутрь корабля, если  он  вообще это сможет, - ни Дэвид Браун, ни целый мир.

Бобби  достигла  котлована.  Она  повернулась  и  посмотрела  назад;  в утреннем  свете ее  загримированное лицо казалось тупой маской,  вид которой искажался окружающими старыми соснами и елями.

- Идешь?

- Да, - сказал Гарденер и зашагал к кораблю.

   3

   Спуститься  оказалось  неожиданно сложным.  Смешно, но подъем был самой легкой частью. Хорошей стороной дела было то, что кнопка находилась здесь, в самом деле, не больше чем "О" на радиотелефоне. Плохая сторона заключалась в том,  что  она была  обычным  электрическим  выключателем на одной из  опор, поддерживающей навес. А  она  была  в пятидесяти  футах от  края  котлована. Только сейчас  Гарденер вспомнил, как происходили  все отзывы машины; до сих пор, никого  из них двоих не волновал тот факт,  что  их руки были несколько короче пятидесяти футов.

Они пользовались подъемником, спускаясь и поднимаясь, долго, достаточно долго, чтобы считать  его надежным. Стоя у края котлована, они вдруг поняли, что никогда не спускались вдвоем. Оба это поняли, но ни один не сказал,  что раньше  спускались поодиночке,  чтобы другой мог запустить подъемник вниз, и все  было  хорошо. Никто из  них  не сказал  этого,  потому что  обоим  было понятно, что в этот  раз, и только в этот раз, они должны спуститься вместе, совсем вместе, каждый  одной ногой в общем стремени, руки на талии  другого, как у  влюбленных, качающихся  на качелях.  Это было  глупо,  просто  глупо, просто достаточно глупо для того, чтобы быть единственно верным.

Они поглядели друг на  друга,  не  произнося  ни  слова, но  две  мысли поплыли и переплелись в воздухе. (вот и мы пара выпускников колледжа)

(Бобби, где я оставил левовращающий гаечный ключ)

Странный новый рот  Бобби задрожал. Она отвернулась и фыркнула. Гард на секунду  почувствовал прежнюю  теплоту, коснувшуюся его сердца.  Это было  в первый и последний раз, когда действительно он увидел Прежнюю и Неулучшенную Бобби Андерсон.

-  Ну  хорошо,  ты  можешь соорудить  переносной пульт,  чтобы  двигать подъемник?

-  Могу, но  стоит ли тратить время. У  меня  другая идея. -  Ее взгляд коснулся  на мгновение лица Гарденера, задумчивый и подсчитывающий. Это был, взгляд, который Гарденер  не  мог просто расшифровать. Затем Бобби отошла  к навесу.

Гарденер последовал за ней и  увидел,  как Бобби рывком открыла большую зеленую   металлическую  коробку,   привешенную   к  опоре.   Она  перебрала инструменты  и  всякий мусор  внутри,  и  затем  вернулась  с  транзисторным приемником. Он был меньше, чем те, которые его помощники превращали в  Новые и  Улучшенные аккумуляторы, пока Бобби восстанавливала силы. Гард никогда не видел такого радиоприемника раньше. Он был очень маленьким.

Кто-то  из них притащил его прошлой ночью,  подумал он.  Бобби вытащила короткую антенну,  вставила компенсатор в гнездо, а вилочку себе в ухо. Гард вдруг  вспомнил  Фримана  Мосса,  заводящего   колышущуюся  аппаратуру,  как дрессировщик слонов, который гоняет больших ребят по центральной арене.

-  Это  недолго,   -  Бобби   направила  антенну  на  ферму.  Гарденеру показалось, что он как-то слышит тяжелое колебание -  не воздуха,  а чего-то внутри  воздуха. На какое-то  мгновение  его голова  наполнилась музыкой,  а потом  - болью в области лба, как будто он выпил слишком много холодной воды очень быстро.

- Что теперь?

- Мы ждем, - сказала Бобби и повторила:

- Это недолго.

Ее задумчивый взгляд снова скользнул  по лицу Гарденера, и на  этот раз он подумал,  что понял ее взгляд. Она хочет, чтобы я что-то увидел. И сейчас как раз есть возможность мне показать.

Он уселся  около края  котлована  и  достал  из грудного  кармана очень старую пачку сигарет. Оставалось две. Одна была сломана, а другая гнутая, но целая. Он поджег ее и закурил, размышляя и не очень огорчаясь отсрочкой. Она давала ему возможность  просмотреть свои  планы еще  раз.  Конечно,  если он свалится  замертво,  как  только они пройдут через  круглый  люк, это  будет некоторой помехой в осуществлении планов.

- А, ну вот и мы! - сказала Бобби, вскакивая.

Гард тоже встал. Он огляделся, но сначала ничего не заметил.

- Вон там, Гард. На  тропинке, - Бобби  говорила с  гордостью  ребенка, демонстрирующего свою первую яхту  из  мыльницы. Гарденер наконец  увидел  и рассмеялся. Он совсем не хотел смеяться, но ничего не мог с собой  поделать. Он все  время думал, что свыкся  с  чудным новым миром хэвенской супернауки, оснащенным судом присяжных, но любое новое странное сочетание откидывало его обратно в кроличью нору. Как сейчас.

Бобби  улыбалась, но  слабо, смутно, как будто смех  Гарденера, так или иначе, ничего не означал.

-  Это действительно выглядит немного странно,  но  все, что надо,  оно сделает. Лови меня на слове.

Это был "Электролюкс", который он видел на  складе. Он  не двигался  по земле, а  плыл  над  ней,  его  маленькие  белые колеса  вертелись. Его тень отбегала  с  одной  стороны,  как  такса  на  поводке.  Сверху,  где  обычно помещалась вакуумная кишка,  торчали  две  тонкие  проволоки в форме V.  Это антенна, догадался Гарденер.

Теперь оно приземлилось, если так  можно назвать снижение с трех дюймов высоты, и покатило по изрытой земле зоны раскопок к навесу,  оставляя  узкую колею  за  собой.  Оно   остановилось  под   коробкой  выключателя,  который контролировал канат.

-  Смотри,  -  сказала  Бобби  тем   же  поглядите-на-мою-яхту-мыльницу голосом.