Худеющий. Страница 35
Написал Super Administrator   
- Я только благодарю Бога, что это не рак, -  сказала  она.  Лицо  ее выглядело встревоженным.

 

Он подумал и чуть не ляпнул: "хорошо все наблюдать  со  стороны".  Не сказал, но, видимо, что-то отразилось на его  лице,  потому  что  ее  лицо приняло такое несчастное, горестное выражение.

- Прости меня, - сказала она. - Так трудно сказать что-либо, чтобы не прозвучало обидно, плохо...

"Да уж, девочка", подумал он. И снова мимолетная вспышка ненависти  к ней. После выпивки это чувство вызвало депрессию и физическое недомогание. Тут же все прошло, оставив лишь ощущение стыда. Кожа Кэри превращалась Бог знает во что - годилось только для показа в бродячем цирке.  Данкен  Хопли может быть и в порядке, а может,  Халлека  ожидало  там  нечто  еще  более жуткое. Черт возьми, потеря веса, возможно, еще не самое страшное.

Он разделся, включив лампу, и обнял Хейди.  Сначала  она  чувствовала себя скованно. Когда он решил, что ничего хорошего не будет,  Хейди  вдруг расслабилась. Билли услышал ее сдавленный всхлип и с грустью подумал,  что в беде познается благородство натуры. Почему он раньше этого не понимал?

- Хейди, прости, - сказал он.

- Если бы я могла хоть что-то сделать. - Она снова всхлипнула.  -  О, если бы чем-то могла помочь тебе, Билли.

- Можешь, - сказал он и потрогал ее грудь.

Они занялись любовью. А потом он заснул, забыв обо всем.  Утром  весы показали 176.    12. ДАНКЕН ХОПЛИ

 У себя в конторе он договорился относительно отпуска  для  проведения метаболических анализов. Кирк Пеншли был до неприличия готов удовлетворить его просьбу в любой форме, из чего Халлек сделал горький  вывод:  от  него хотят избавиться. После того, как исчезли его  три  подбородка,  ввалились щеки, а кости на лице стали выпирать, он  стал  для  конторы  своеобразным пугалом.

- Ну, конечно же! О чем речь?! - воскликнул Пеншли прежде, чем  Билли до конца изложил свою просьбу. Слишком радушно  звучал  его  голос  -  так говорят люди,  понимающие,  что  дело  -  дрянь,  но  формально  этого  не признающие. Глаза его скользнули к тому месту, где у Билли Халлека  прежде был живот. - Бери столько времени, сколько тебе потребуется, Билл.

- Три дня мне будет достаточно, - ответил он.

Теперь он звонил Пеншли из телефонной будки возле кафетерия Баркера и говорил ему, что придется взять более трех дней. Да, более трех дней,  но, возможно, не только для метаболических  анализов.  Утраченная  идея  снова неясно зародилась в голове. Она еще не была оформившейся надеждой, но хотя бы кое-что.

- На сколько дней? - спросил Пеншли.

- Я точно и сам не знаю, - сказал Халлек. - Может, две недели. Может, даже и месяц.

На другом конце провода воцарилась тишина, и Халлек  представил  себе подтекст, который прочел в его словах Пеншли: "На  самом  деле  я  имею  в виду, Кирк, то, что больше уж мне не вернуться.  Выяснилось,  что  у  меня рак. Теперь будет облучение, лекарства от боли, интерферон,  если  удастся его раздобыть,  лаэтрил,  если  решимся  отправиться  а  Мехико.  Когда  в следующий раз увидишь меня, Кирк,  я  буду  в  длинном  ящике  с  шелковой подушечкой под головой".

И Билли, привыкший за последние шесть недель к  чувству  хронического страха, впервые ощутил гнев. "Я вовсе этого  не  подразумеваю,  черт  тебя подери. По крайней мере, пока еще нет".

- Не проблема, Билл. Передадим дело Худа Рону  Бейкеру,  а  остальные могут и подождать.

"Это уж точно, подлец. Ты сегодня же все мои дела передашь другим.  А дело Худа ты еще на прошлой неделе отдал Рону  Бейкеру.  Он  мне  позвонил сам, спрашивал, куда я положил бумаги по этому делу. А  насчет  того,  что другие дела подождут, Кирк, так эти дела - всего-навсего  куриные  шашлыки на твоей вилле в Вермонте. Так что не пытайся быть хитрожопым со мной".

- Хорошо, я передам ему все досье, - сказал Билли и, не  удержавшись, добавил: - Он уже часть из них получил, кстати.

Раздумье на другом конце провода. Потом:

- Ну, хорошо... если что нужно, я готов...

- Есть еще одна просьба, - сказал Билли. - Она может показаться  тебе очень странной.

- Какая? - осторожно спросил Кирк Пеншли.

- Помнишь, у  меня  неприятность  была  в  начале  весны?  Несчастный случай?

- Да-а.

- Женщина, которую я сбил, была цыганкой. Ты знал об этом?

- Это было в газетах, - сдержанно ответил Пеншли.