Кладбище домашних животных. Страница 43
Написал Super Administrator   
Он сожрал обрезки  мяса так, словно за ним гнались волки.  Вот тогда-то я и испугался, начал  думать о том,  что случилось.  Я опустился  на колено  и обнял  пса. Я  так рад был увидеть его. Тут он лизнул меня в лицо, а потом...

 

Джад содрогнулся и допил свое пиво.

- Луис, его  язык был холодным.  Существо было Спотом,  а когда лизнуло меня, у меня ощущение было, словно кто-то провел мне по щеке дохлой рыбой.

Мгновение они молчали, потом Луис попросил:

- Продолжайте.

- Он ел,  а когда закончил,  я взял старое  корыто, которое держал  для Спота позади  веранды, и  вымыл его.  Спот всегда  ненавидел купание. Обычно мне приходилось  купать его  вместе с  отцом, а  когда все заканчивалось, мы могли выжимать  свои штаны  и рубашки.  Спот после  выглядел пристыженным.., как могут  выглядеть все  собаки. Но  обычно после,  извалявшись в грязи, он прыгал на веревки  с бельем и  мазал все простыни  в грязи. Мама  кричала на меня  с  отцом  и  говорила,  что  пристрелит  пса  до  того,  как тот умрет собственной  смертью.  Но  в  этот  день  Спот  спокойно  сидел  в тазу, и я спокойно вымыл  его. Мне  это не  понравилось. Все  выглядело так, словно.., словно я  мыл мертвый  кусок мяса.  Я взял  старое полотенце  и насухо вытер пса. Я  видел шрамы,  которые остались  на его  теле от колючей проволоки.., они не  заросли шерстью.  Шрамы напоминали  маленькие ямочки.  Выглядело все так, словно с того  момента, как пес получил  эти раны, прошло лет  пять или даже больше.

Луис кивнул. На  своей работе он  время от времени  встречался с такими вещами. Рана,  казалось, заживала  частично. Мысль  о ранах  заставила Луиса подумать о могилах, о тех днях,  когда он работал "на побегушках", и  о том, что зажившие таким образом раны никогда не гноились.

- Потом  я осмотрел  голову пса.  Там никаких  ямочек не  было, выросла белая шерсть - маленький белый кружочек за ухом.

- В том месте, куда твой отец выстрелил? - спросил Луис.

Джад кивнул.

- Выстрелить  в голову  человеку или  животному, не  значит пристукнуть его на все сто,  как это может показаться,  Джад. Всегда будут самоубийцы  и те,  кто  ломится  напрямую..,  не  все  знают,  что  пуля может удариться о черепную коробку и, описав полукруг,  выйти с другой стороны, даже  не задев мозга. Я лично столкнулся со  случаем, когда парень выстрелил себе  в голову над правым ухом  и умер, потому  что пуля, обогнув  череп, разорвала яремную вену с другой стороны головы. Траектория пули выглядела как огромное авеню.

Джад улыбнулся и опять кивнул.

-  Я  помню,  как  сам  читал  что-то  похожее в одной из газет Нормы в "Звезде" или  "Справках".., в  одной из  них. Но  мой отец  сказал, что Спот сдох, Луис. Он на самом деле сдох...

- Да ладно, - сказал Луис.  - Раз выговорите, что было так,  значит так и было.

- А кот твоей дочери был мертв?

- Думаю, что так, - ответил Луис.

- Ты же должен был точно определить. Ты же доктор.

- Ты говоришь так, что это звучит: "Ты же должен был точно  определить, Луис, потому что ты - Бог". Я - не бог. Было темно...

-  Точно.  Было  темно,  а  голова  кота  болталась  на  шее, словно на шарикоподшипнике, а когда ты стал шевелить его, оказалось, что он примерз  к земле.  Луис,  когда  ты  его  поднимал,  звук  был такой, словно отрывают с металла клейкую ленту. С живой тварью так не бывает. Только в том случае  ты перестанешь плавить под собой лед, если сдохнешь.

В соседней комнате часы пробили десять тридцать.

- Что сказал твой отец, когда пришел домой и увидел пса?

- Я был  на дороге, играл  в камешки, в  грязи, так или  иначе поджидал его. Я чувствовал себя так,  словно сделал что-то неправильное и  знал, что, возможно,  меня  за  это  выдерут.  Отец  при  шел  около  восьми,  одетый в железнодорожную  форму,  шапка,  такая  словно  с  подкладкой из поролона.., видел такие?

Луис кивнул, потом зевнул, прикрыв рот тыльной стороной руки.

- Да, уже поздно, - сказал Джад. - Может, на этом закончим?

- Еще не поздно, - возразил  Луис. - Просто выпито немного больше,  чем обычно. Продолжай, Джад. Я хочу услышать всю историю до конца.

- Мой отец оставил  с обеда кусок старого  сала, - продолжал Джад,  - и он нес его  в руке и  размахивал им. Да  еще зачем-то свистел.  Уже начинало темнеть,  но  он  и  в  сумерках  заметил  меня  и  сказал: "Эй, давай сюда, Джадкинс!  -  он  любил  так  меня  называть.  А потом, - Где твой?.." Он не продолжил, потому что вспомнил, а тут  из темноты выбежал Спот, но бежал  он не как обычно, готовый напрыгнуть на  отца, показать, что рад видеть его,  а как-то вяло, поджав хвост.   Мой отец тогда выронил  кусок сала и  отступил. Мне показалось: отец тоже подожмет  хвост и попятится, побежит к  забору, но он  стоял,  как  вкопанный,  глядя  на  пса.  А  когда Спот подпрыгнул, отец схватил его за передние  лапы и держал их,  словно пальчики дамы, с  которой готовился пуститься  в пляс.  Он долго  смотрел на  пса, потом  на меня,  и, наконец, сказал: "Его нужно выкупать, Джад. Он него воняет землей". А  потом отец ушел в дом.

- И что ты стал делать? - поинтересовался Луис.

-  Снова  искупал  его.  Спот  также  спокойно  сидел  в ванне. Когда я вернулся в  дом, мама  уже спала,  хотя еще  не было  девяти часов. Мои отец сказал: "Мы должны поговорить, Джадкинс". И я сел рядом с ним, а он  говорил со  мной,  как  никогда  раньше  в  моей  жизни..,  словно  запах жимолости, растущей возле твоего дома, сменил запах роз, - Джад Крандолл вздохнул. -  Я всегда думал,  Луис:   хорошо, когда  с тобой  говорят так,  но в  тот вечер такое обращение  мне не  понравилось. Ни  чуточки. Весь  вечер в  тот день у меня  было  ощущение,  словно  я  смотрелся  в зеркало, висящее прямо передо мной,  через  другое  зеркало  и  видел  себя, идущим через анфиладу зеркал. Сколько это  длилось... Ощущение  то же,  как когда  занимаешься сексом,  но никак не кончить.

- Твой отец знал об этом месте.

-  Конечно.  "Кто  показал  тебе  его,  Джад?"  -  спросил он меня, и я рассказал ему. Он лишь  кивнул, словно такого ответа  и ждал. Я решил,  что, возможно, все так  и есть, хотя  потом узнал, что  в то время  в Ладлоу было шесть или  даже восемь  человек, которые  могли отвести  меня туда. Я решил, что  отец  знает:   Станни  Б.  -  единственный  настолько  безумный,   чтоб по-настоящему заняться этим.

- Ты спрашивал, почему он сам не отвел тебя туда, Джад?

- Да, -  сказал Джад. -  Во время нашего  долгого разговора спросил  об этом. И отец  сказал мне: это  - плохое место,  даже больше, и  в этом месте нет ничего  хорошего ни  для людей,  потерявших своих  домашних любимцев, ни для  самих  животных.  Он  спросил  меня,  нравятся  ли мне те перемены, что произошли со  Слотом? И  ты знаешь,  Луис, я  долго еще  пытался ответить на этот вопрос.., я хочу, чтобы ты  понял мои чувства.., чтоб ты понял,  потому что рано или поздно  ты придешь и спросишь  меня, почему я отвел  тебя туда, если это - плохо? Не так ли?

Луис кивнул. Что подумает о  Черче Элли, когда вернется? Луис  о многом передумал, пока играл в теннис со Стивом Мастертоном.

- Может быть,  я сделал это  потому, что дети  должны знать о  том, что иногда Смерть - лучший  выход, - с трудом  произнес Джад. - Элли  это должна знать. Я  решил, что  она этого  не знает,  потому что  этого не  знает твоя жена. Теперь можешь сказать, если я ошибаюсь, и оставим эту тему.

Луис открыл рот, а потом закрыл его, ничего не сказав. Джад  продолжал. Говорил  он  очень  медленно,  выдавливая  слово  за  словом,  так же как на Маленьком Болоте Бога в предыдущую ночь.

- Я видел, как время от времени такое случается, - рассказывал он. -  Я помню, говорил тебе, что Лейстер  Морган похоронил там своего быка,  Черного Ангуса по имени Ханратт. Разве не  глупое имя для быка? Умер он  от какой-то язвы, и  Лейстер тащил  его туда  на санях.  Как он  сделал это, как перелез через бурелом.., я не знаю.., но говорят, что если захочешь это сделать,  то обязательно  получится.  И  как  только  он  дотащил  быка до той земли, где хоронят.., это все  - чистая правда.  Ладно...